Стоявшие в зале подданные разинули рты. Даже Торнуолл побелел, в руке он все еще сжимал письмо. Его бледные глаза метались между Эридой и телом Маргерит, а его кинжал по-прежнему торчал из живота бывшей принцессы.
Эрида заставила себя сделать еще один вдох, стараясь побороть тошноту. Вокруг воняло рвотой и кровью. Она вцепилась в Таристана, ее голова кружилась, желудок снова и снова сжимался. Ей хотелось упасть в обморок или взлететь.
– Торнуолл, – задыхаясь, прорычала она. Пот выступил на коже королевы, и она задрожала.
Стоящий рядом с троном командир дрожал, широко раскрыв рот от удивления. Он не решался произнести ни звука.
Эрида убрала волосы от лица, оставив на щеке пятно крови. Затем втянула в себя холодный воздух, концентрируясь на этом действии.
– Пошлите гонца в Сискарию и Тириот. Либо они преклонят колени, либо падут.
* * *
Вернувшись в свои покои, Эрида отпустила придворных дам. Не задав ни единого вопроса, они стремительно разбежались, словно насекомые, и исчезли во дворце. Одного только взгляда на окровавленную королеву было достаточно, чтобы даже самые смелые обратились в бегство.
Остался лишь Таристан, он провел королеву в гостиную – круглую комнату с окнами, выходящими на залив. По-прежнему необычные оранжевые лучи падали на пол, как будто где-то поблизости полыхал пожар. Эрида уставилась на ковры, принявшись с неожиданным воодушевлением рассматривать сложные узоры. Она прошлась взглядом по каждой нити, голубой, золотой и розовой, образующим ромбовидные узоры и завитки. Проще было сосредоточиться на текстиле, чем смотреть на собственные руки и запекшуюся под ногтями кровь, а также испачканные красным рукава.
Послышался плеск воды, и Таристан опустился на колени перед креслом королевы, поставив рядом чашу с водой и полотенце. Действуя медленно и размеренно, он принялся за работу, стараясь не напугать королеву. Эрида же с трудом дышала, резкий запах железа все еще висел в воздухе.
– Первое убийство самое трудное, – пробормотал Таристан, поднимая ее руку. Ткань скользила туда-сюда, становясь красной по мере того, как кожа снова белела. – Память о нем останется с тобой навсегда.
Эрида перевела взгляд с ковра на воду. Она колыхалась, краснея с каждым разом, когда супруг опускал в нее полотенце. Кровь принцессы была такой же, как и любая другая, неотличимой от крови самого простого крестьянина или обычной крысы. Она увидела в воде лицо Маргерит: безжизненные глаза, широко раскрытый рот, светлые волосы разметались по полу, словно сияющий нимб.