Элея сложила руки на груди:
– Потому что Валентайн должен был жениться на мне!
Я с трудом подавила смешок, чудом не запоров весь разговор на корню.
– Это он тебе так сказал?
– Нет! Но я уверена, что если бы не появилась ты, так бы и было.
Я вздохнула. В каре-зеленых глазах светилась такая вера в свои слова, что переубеждать ее было бесполезно.
– Думаю, сегодня тебе лучше поговорить на эту тему с ним. Когда он придет.
– Зачем? – Элея заправила волосы за уши и надулась.
– Ну, если ты так в этом уверена, стоит ему об этом сказать. Возможно, он передумает жениться на мне и выберет тебя.
Не знаю, насколько это было правильно с точки зрения психологии, но девочка всерьез задумалась. Даже села обратно на диван.
– И ты не станешь нам мешать, если он выберет меня? – сдвинув брови, поинтересовалась она.
– Нет. Не стану.
– Почему?
– Потому что если кто-то выбирает не тебя, расстраиваться по этому поводу не стоит. Значит, это просто не твой человек. Или дракон.
– А не тебя выбирали? – Она снова смешно нахмурилась, и веснушки со щек подтянулись к носу.
– Да. Был один парень в школе. – Вспоминать Земскова кроме как со смехом сейчас не получалось, хотя тогда, правда, было совсем не до смеха. Я смотрела на эту девочку и понимала, что женитьба тут ни при чем. Она просто боится, что с появлением меня в его жизни, а особенно с появлением жены в его жизни, она ему станет не нужна. Валентайн рассказывал, что Элея тяжело сходится с новыми людьми, даже в приюте у нее одна-единственная подруга. Кого-то мне это напоминало. И, как бы там ни было, помимо него и подруги у Элеи никого не было. Поэтому она отчаянно боялась остаться одна.
Между тем как мы вообще собирались ее удочерить.
Правда, перед этим нам как раз и предстояло подружиться, и только после этого мы собирались поговорить с Элеей. Руководство приюта против не будет, Валентайн в этом уже убедился. В наш прошлый визит он как раз задал им такой вопрос, и они посмотрели на него как на бога. А впрочем, на него сейчас многие смотрели как на бога.
У адепток в Академии случилось дружное помешательство: даже те, кто раньше шептался по углам, сейчас на занятия темной магией делали прически и расстегивали верхние пуговички блузок. Я смотрела на все это и слегка охреневала, потому что всем как бы было известно, что Валентайн женится. На мне. Когда я его спросила, что он обо всем этом думает, будущий супруг рассмеялся и выдал:
– Ревнуешь, Лена?
– А есть повод? – парировала я.
После чего Валентайн больше не смеялся и таких вопросов не задавал.
– Ладно, – миролюбиво сообщила Элея, которую разговор со мной явно успокоил. – Тогда я сегодня поговорю с Валентайном. Только не обижайся, если он заберет у тебя кольцо!
– Не обижусь, – честно ответила я. – А вот если ты не заберешь конфеты – обижусь.
– Ой. – Конфеты были забраны и снова прижаты к груди.
Из чего я сделала вывод, что даже если их и пытались забыть «из гордости», то явно с большим сожалением. Я проводила Элею до лестницы и, когда она убежала наверх, развернулась. Достаточно резко, в результате чего налетела на… Ярда.
От неожиданности даже ойкнула. Он явно тоже не ожидал такой встречи, потому что сначала у него стали очень большие глаза, а потом Ярд слегка покраснел. В принципе он был достаточно смуглым, особенно после Эллейских островов, но сейчас умудрился полыхнуть даже через эту свою смуглость.
– Ленор? А ты что здесь делаешь? – первым спросил друг.
– Я навещаю… – чуть не брякнула «будущую дочь», но вовремя себя остановила. – Элею. Решила проведать ее после нападения, принесла конфеты.
– А-а-а, – Ярд тут же нахмурился. – Да, представляешь, взломали систему безопасности на самой школе, все заклинания. Но твой Валентайн… магистр Альгор, в смысле, после этого инцидента лично все усилил. Я даже проверял, не подкопаешься. Для детей и сотрудников безопасно, а вот для тех, кто соберется что-то украсть или напакостить…
Я приподняла брови.
– Погоди. Так ты тут не первый день, получается?
– Я? Нет… я… ну в общем да, не первый, – Ярд покраснел еще сильнее.
– А зачем?
– Помогаю. Вот… с садом, по всяким мелким поручениям и так далее. У них покровители хорошие, но еще одни руки никогда лишними не будут. Тем более что сейчас у Женевьев не самые простые времена…
Он вдруг осекся, а до меня начало доходить. Как до того самого жирафа, реально. Я ж ему лично посоветовала найти со своей девушкой точки соприкосновения, а тут выясняется, что Ярд неожиданно увлекся волонтерством. Нет, дело хорошее, я бы сказала, классное, но как-то уж очень далекое от сферы его интересов. Не говоря уже о том, что он предпочитал любую свободную минутку посвящать артефакторике. Да и то, как он сказал про Женевьев…
Бли-и-ин, офигеть.
– Так это она? – уточнила я. – Та девушка, о которой ты говорил – Женевьев?! Анадоррская?!
– Тс-с-с! Тише! – шикнул он на меня. Схватил за руку и потащил за собой на улицу. Мы практически до ворот дошли по вымощенной камнем дорожке, я уже думала, что Ярд меня сейчас за них выкинет. Но он неожиданно остановился и произнес:
– Да. Ну и что? Тоже считаешь, что она не для меня?
Здесь, где за резными высокими воротами шумела улица, осенний выходной день Хэвенсграда, можно было даже Cubrire Silencial не ставить.
– С чего ты взял? – изумилась я. – Я такого не говорила.
– Тогда чего ты так удивилась?
– Ну не знаю. Возможно, потому, что я думала, что это кто-то из Академии, – хотя Женевьев сейчас тоже из Академии. – Или потому что считала, что она с нашего курса. Про Женевьев… просто это получилось несколько неожиданно.
– Зато твой брат считает иначе. – Ярд сложил руки на груди. – Мы с ним даже поссорились на эту тему.
– Макс? А что он сказал?
– Что она для меня слишком, и что надо переключиться на кого-то попроще. Чтобы не было потом разочарований.
Я нахмурилась. Вот честно, на Макса это было совсем не похоже. Зато очень похоже на Алину Драконову! Он скоро не только говорить, но и думать как она начнет, а это мне уже совсем не нравилось. Не хватало еще, чтобы брат от нее снобистских замашек нахватался. На кого он тратит свою магию, не мое дело, Макс парень взрослый. А вот такое общение с друзьями…
– Я с ним поговорю, – ответила я. Возможно, чуть резче, чем хотела.
– Не надо! – тут же вскинулся Ярд. – Не хочу, чтобы он думал, что я тебе нажаловался. Да и вообще, я это просто к слову сказал.
– Ну во-первых, с Максом я буду говорить не о тебе, – успокоила я. – А во-вторых, мне кажется, что ты очень круто поступил, когда занялся таким делом. Лично я считаю, что Женевьев оценит. Не может не оценить. Ты главное не тормози…
– Чего не делать?
– Ну, не тяни. Ты же видишься с ней здесь. Вот и действуй.
Ярд покраснел еще сильнее, хотя казалось бы, уже некуда.
– Легко тебе сказать: действуй, – буркнул он. – Я, конечно, вижу ее, но она такая неприступная. Неудивительно, в общем-то, но она так смотрит…
– Вот! – подчеркнула я. – Если смотрит, значит, замечает. А если замечает – уже полдела сделано. Так что не… действуй, короче. У тебя все получится!
Я похлопала его по плечу.
– Все, давай, мне пора бежать. До встречи на занятиях!
– До встречи!
Мы распрощались, и я нырнула в калитку, все еще оглушенная новостью про Ярда и Женевьев. Нет, конечно, как Макс я не думала, но, будь я парнем, сама бы наверное тормозила при знакомстве с такой женщиной. Анадоррская и впрямь была… Анадоррская. Что с нее возьмешь, принцесса. А воспитывалась вообще как будущая королева, тэрн-арха то есть. До определенного момента Женевьев росла с мыслью, что станет женой Сезара, да и отец у нее второй после Фергана претендент на престол. Так что да, просто Ярду точно не будет.
С этой мыслью я свернула на улицу, ведущую к галереям местных бутиков. Мне захотелось выбрать себе новый купальник, потому что Валентайн пригласил меня провести денек на Эллейских островах. Точнее, даже больше чем денек: сегодня после визита к Элее мы уйдем туда порталом, а вернемся уже утром перед занятиями. То есть у нас будут островные сутки и еще чуть-чуть.
Поразительно, но все те купальные костюмы, которые у меня были (мы ведь уже были с ним там летом), мне не просто не нравились, я бы сказала, меня от них тошнило. Объяснить это не получалось никак, потому что я выбирала их сама. Все десять. Зачем мне столько? Помешательство, не иначе. И все не то, что находило какой-то отклик в сердце. Блин, я ведь это надевала!
Какой-то бред.
Размышляя про купальники, я повернула за угол и увидела несущуюся на меня толпу с плакатами. Кто-то бежал с обычными, кто-то с магически созданными. Я едва успела отскочить в сторону, а точнее – спрятаться под полосатый навес одного из маленьких заведений в стиле ранховой тэрны Хлит, когда куча народа пробежала мимо меня. За ними гнались стражи порядка, наполняя свистом улицу и раскручивая магические сети. Еще чуть-чуть – и от них уже никто не убежит.
Один парень споткнулся, и прямо под ноги мне рухнул плакат. Частично оборванный, но читаемый: «… айна Альгора в тэрн-архи!»
Глава 18
Эллейские острова очень напоминали Мальдивы. Да что там, напоминали. Архипелаг островов, множество средних, чуть поменьше и совсем мелких, прикрытых от океанских волн рифами, ничто другое в принципе напоминать не мог. Белоснежные пляжи, тропическая растительность, прозрачная, как слеза, вода. Разве что домиков на воде здесь не было, исключительно на пляже. И принадлежали они все (на всех островах) одной-единственной драконьей семье. Из этой семьи как раз происходила Брильис Лоуджверн. Потенциальная невеста Люциана, на которой он очень не захотел жениться, ради чего и придумал помолвку с Ленор Ларо.