С какой-то радости я размышляла о том, что было бы, если бы Люциан тихо-мирно женился на этой Брильис, и их с Ленор пути никогда не пересеклись. Нет, а правда, что тогда бы было?

– Ты бы сдохла с тоски, – мрачно подала голос Ленор.

Давненько ее не было на связи.

– А может, тебя бы скинули с лестницы еще на первом курсе. И уж точно ты бы не заинтересовала Валентайна Альгора.

– Тебя бы скинули, – заметила я. – И не заинтересовала бы ты.

В голове раздался скептический хмык.

– Не переживай, скоро у тебя будет свое тело, и мы будем жить независимо друг от друга.

Хотя с «не переживай» это я, конечно, загнула. С телом, точнее, с его созданием, Валентайн придумал замечательно, а вот с объяснениями, откуда у Ленор взялась сестра-близняшка, пока никак. Я подумала об этом очень некстати, но сестра-близняшка перебила мои размышления:

– Переживать тут надо тебе, а не мне.

– По поводу?

– Придет время – узнаешь.

– Ты не могла бы быть чуть менее загадочной?

– А ты не могла бы быть чуть менее тупой?

Когда говорят, что сестра-близняшка – это здорово, не верьте.

– Знаешь такой прикол, в нашем мире в старинных романах писали. Когда пара стояла у алтаря, всем гостям задавали вопрос: «Если кто-то из присутствующих знает причину, по которой эти двое не могут быть вместе, пусть назовет ее сейчас, или молчит вечно?» Ни на что тебе не намекает?

– Если я тебе назову причину, я точно замолчу навечно, – сообщила Ленор.

И замолчала. Не навечно, хотя я была бы не против, если бы нас наконец разделили. Прямо сейчас. К тому, что она умеет пакостить, я привыкла, не привыкла к тому, что пакостит она прямо изнутри. Меня. Буквально.

Да пошло оно все! Я отдыхать и наслаждаться приехала. Достаточно уже того, что наш с Валентайном отдых чуть не отправился дракону под хвост из-за местного митинга. Стараниями Адергайна и нежеланием Фергана идти на переговоры в Мертвых землях, народ находился в состоянии перманентной паники и дикого стресса. Что, в результате, вылилось в то, во что вылилось. Потому что ни Драгон, ни Анадоррский (увы) не рискнули явиться в Мертвые земли, а Валентайн явился не только туда, но и обратно. Живым.

В общем, веселье продолжалось до вечера, из-за этого он не попал к Элее. А мы прибыли на острова на несколько часов позже.

На нашем острове располагалось всего два больших дома: один с одной стороны, другой с другой. Тот, другой, на этих выходных пустовал, так что мы находились здесь практически одни. Не считая прислуги. Но у них были свои комнаты, и они умели быть незаметными, поэтому временами создавалось ощущение нереальности происходящего.

Шум океана. Бескрайнее звездное небо. Сверкающая искрами вода.

Темные очертания пальм и прочей тропической растительности.

И… только мы.

– Все хорошо? – спросила я у Валентайна, когда он вернулся.

После очередной связи через виритта по работе. Честное слово, прямо наш мир и мобильники вспоминаются. Вездесущие, с изобретением которых ни от кого не сбежать и не скрыться, даже если пролетел через полмира.

– Все хорошо, – ответил он. А потом открыл портал и на моих глазах швырнул виритта прямо туда.

Я приподняла брови и рассмеялась:

– А если…

– Если Даррания не рухнет за эти сутки с небольшим, вернемся в Хэвенсград. А если рухнет, туда ей и дорога.

– Тогда нам будет некуда возвращаться, – заметила я.

– Я найду для нас место, Лена. Можешь не сомневаться.

– Я и не сомневаюсь, – приблизившись, я положила руки ему на плечи. – Отдыхать? Или гулять?

– Однозначно на берег, – произнес он, притягивая меня к себе за талию. – У нас не так много времени, чтобы тратить его на отдых.

– Надеюсь, ты имел в виду, времени здесь, – фыркнула я.

Валентайн шутки не оценил:

– Что ты под этим подразумеваешь, Лена?

– Да это прикол такой. Ну… черный юмор, на тему Даррании, которая устоит или рухнет.

– Все, забудь про Дарранию. Раздевайся и пойдем.

– Ты хотел сказать: переодевайся?

– Я сказал то, что хотел. Здесь все равно кроме нас никого. Прислуга не выходит на берег, когда есть гости.

– Ну знаешь ли… я зря, что ли, купальный костюм покупала?

Его глаза вспыхнули:

– Он тебе все равно не потребуется.

– Вот так откровенно, да?

– Откровеннее некуда.

Валентайн потянулся, чтобы меня поцеловать, но я увернулась. Зная его (да и себя тоже), мы вообще никуда не пойдем сейчас.

– Мне надо переодеться, – повторила я, вывернулась из его рук и упорхнула в спальню.

Местные купальники все были слитные, а еще с такими юбочками, прикрывающими бедра. Но я все равно накинула сверху еще и легкий пеньюар-тунику. На ходу взбила волосы и вернулась к нему, Валентайн особо не переодевался, разве что рукава рубашки закатал. Ну и ботинки снял, потому что ходить в них по песку – то еще удовольствие.

Мы вышли из дома и, миновав коротенькую дорожку, созданную растущими справа и слева пальмами, оказались на пляже. Россыпи звезд на небе и переливающаяся сверкающими светлячками вода у горизонта, казалось, сливались воедино. Валентайн переплел наши пальцы, и мы пошли вдоль океана. Теплый легкий прибой облизывал ноги, окутывая их лаской воды. Я помнила, чем закончилась наша такая прогулка в прошлый раз, я это так отчетливо помнила, но сейчас мне вдруг стало не по себе.

Особенно когда Валентайн остановился, на миг заключая мое лицо в ладони. Накрыл мои губы своими, а после скользнул ладонями по плечам, стягивая пеньюар. Я помнила, как его пальцы касались самых сокровенных мест, помнила и жар, бегущий по телу, но эти прикосновения вдруг отозвались такой болью, что мне стало нечем дышать. Наша близость из прошлого огнем взорвалась в груди, мешая наслаждаться настоящим. Мне стало так жутко, так больно… так непонятно больно, как будто наш летний визит на Эллейские острова был моим самым страшным кошмаром. Но он и был, меня просто перевернуло всю, и я, уже ничего не понимая, уперлась ладонями ему в грудь и с силой его оттолкнула. Задыхаясь от нахлынувших на меня чувств и от слез.

– Лена? – Валентайн непонимающе смотрел на меня, а я и сама ничего не понимала.

Почему наша близость, близость, которая была между нами на берегу, вызывает такие чувства? Что вообще происходит?! Хотя… я знаю, что происходит.

– Ленор! – процедила я.

Валентайн нахмурился, а я сжала кулаки. С самого начала, с самой первой нашей попытки близости она это проделывала.

– Я же тебе сказала, что у тебя скоро будет свое тело! Хватит меня доставать! Дай мне просто отдохнуть с любимым мужчиной!

«Сестрица» не отозвалась, а я судорожно вздохнула.

– Прости. Романтический момент безнадежно испорчен, Ленор довольна и не выходит на связь. Ты не возражаешь, если мы с тобой просто погуляем?

Валентайн перестал хмуриться и даже улыбнулся. Приобнял меня за талию, и мы пошли дальше по прибою.

– Я не хочу тебя торопить, но как скоро будет готов контейнер для этой подселенки? – Вообще не то, о чем я хотела говорить, но после случившегося просто не могла переключиться на что-то еще. Вот хоть на звезды! На океан. Меня до сих пор всю трясло и колотило от злости.

– Пока что я на стадии формирования контура тела. Это займет пару лунных циклов. Потом сделаем слепок образа, а дальше еще один цикл на завершение. Не переживай, Лена, к нашей свадьбе ты уже будешь свободна.

– Надеюсь. Потому что если она провернет что-то подобное в нашу первую брачную ночь, я за себя не ручаюсь.

– Не провернет, – Валентайн коснулся моего виска губами. – А что она, собственно, провернула?

– Она как бы давно этим занимается. Ей противно, что мы с тобой, потому что у нее другие планы. Вот она и пакостит в… такие моменты. Сейчас щедро отсыпала мне нежелания продолжать, до слез.

Слезы, кстати высохли, а вот ярость нет. Ну что за… как вообще можно с ней нормально общаться?! И мирно сосуществовать.

– А, ты об этом, – он хмыкнул. – Не переживай. Разойдетесь по разным телам – и забудешь все, как страшный сон.

Надеюсь.

– Это же не навредит тебе? – уточнила я, заглядывая ему в глаза. – То есть создание тела – наверное, это очень мощно?

– Все хорошо, Лена. – Валентайн убрал прядь волос с моего лица. – Я знаю, что я делаю.

– Тут еще один затык есть, – сказала я. – Она вроде как будет моей близняшкой. Как мы объясним миру, что теперь Ленор Ларо две?

– А как хочешь объяснить ты? – Он даже остановился. Шумел океан, облизывая наши ноги. Бескрайнее звездное небо сыпало звездами, прямо хоть сейчас десятки желаний загадывай. Но мне бы хотелось лишь одного: снова быть самой и решать за себя. Чтобы не приходилось делать это под влиянием Ленор, за Ленор, от Ленор и так далее.

– Вопрос с подковыркой? – уточнила я.

– Нет. Я правда спрашиваю, как хочешь поступить ты.

Можно мне помощь зала? Или, хотя бы, звонок другу?

– У меня нет идей, – честно сказала я. – Мы точно не можем сделать Ленор немножко другой?

– Не можем. Учитывая, что вы рождены как единое целое, даже структуру тела я считываю с тебя. Она будет точной твоей копией. По другому никак.

Вообще-то, точной своей копией.

– Почему?

– Потому что есть два варианта переселения: занять чье-то тело, вытеснив обладателя, или войти в созданное с нуля. В первом случае убивается личность, занимавшая тело, вы с Ленор исключение по понятной причине. Во втором личность заново создается, а точнее, сохраняется. Чтобы Ленор все понимала, осознавала, все чувствовала, умела ходить, есть, разговаривать, а не оказалась в клинике, где занимаются случаями особых расстройств, нужно полностью перенести эти функции с тела, в котором она находится. Потому что мы заселяем ее в тело, у которого нет никакой памяти. Физической в том числе. Я понятно объясняю?