— Даже не смей. Уже завтра она будет отчислена, — Дэрион почему-то не испытал особой радости, произнеся эти слова. Прекрасно помнил, как отчаянно она защищала свое право учиться здесь дальше. Как противостояла его давящей, запредельной силе, даже не думая сдаваться. Так, что кровь носом пошла, и он вынужден был ее отозвать.

Наивная. С ним бесполезно бороться. Ему можно только проиграть. Желательно, по доброй воле, чтобы не пришлось ломать. Но ощущение неправильности происходящего осталось и теперь зудело где-то внутри, не желая проходить. Противное чувство, новое для него.

Подавив раздражающие воспоминания, Дэрион перевел мрачный взгляд на Рауса Саркана:

— Приказ уже готов, осталось поставить подпись. Харел в курсе.

— Мне кажется, или тебе жаль? — обманчиво-лениво произнес декан боевиков.

— С чего бы? Она знала, на что шла.

— Ну-ну, — Саркан мыкнул. — Отбираете у меня с Рексом всех девчонок на курсе. А я уже, знаешь ли, привык видеть их круглые попки, обтянутые тренировочной формой, — дракон оскалился в привычной манере и резко замолчал, увидев вдруг резко изменившееся выражение лица Инферно.

— Что такое, Дэр?

— Адская бездна! Так и знал, что эта девчонка что-нибудь учудит. Я незаметно поставил на нее магический маячок сегодня на экзамене.

— И?..

— И он показывает, что сейчас она находится в подземелье, причем в той его части, которая закрыта для адептов.

Саркан витиевато выругался.

Не сговариваясь, драконы бросились из кабинета, перепрыгивая через ступеньки.

Дэрион думал сейчас об одном: только бы успеть.

Глава 30

Глава 30

«Так, спокойно, Рона», — я медленно закрыла и вновь открыла глаза. Отчаяние и страх мешали сосредоточиться и попробовать призвать магию.

«Я должна... должна...», — билось молоточками в голове, делая только хуже. Я нервничала, и у меня ничего не получалось. Абсолютно.

А время шло, и моя интуиция буквально вопила, что его оставалось совсем мало до момента, когда в подземелье пожалует Линдвор.

«Тьма, почему я хотя бы Минди не сказала, куда пойду?» — с горечью подумала я, и тут же сама ответила на свой вопрос. Потому что тогда подруга пошла бы со мной, а я хотела поговорить со статуями наедине.

Думать о том, почему мне не помогли

они

, не предупредили о Линдворе, я сейчас не хотела. Боялась скатиться в совсем уж панические мысли о том, что их игра со мной продолжается, только теперь на кону гораздо большее — не брак с драконом, а моя магия, а, возможно, и жизнь. Или о том, что боги так наказали меня — за дерзость и отказ следовать их воле.

«Моего магического духа больше нет. И меня скоро не будет...» — вспомнились мне так некстати строки из дневника Аароны, и я забилась в кандалах еще отчаяннее, не желая сдаваться.

— Это не поможет, — вновь раздался голос Альвы из клетки. Других девушек, Веном и Табрис, я так и не услышала. Кажется, они были на грани жизни и смерти, лишившись своей магии.

«Соберись, Рона. Успокойся. Вдох-выдох. Вдох-выдох. Отрешись от происходящего», — мысленно приказала я себе.

Легко сказать!

И все же я попыталась. Закрыла глаза, обмякнув в кандалах, особенно остро сейчас ощущая под лопатками камень. Жуткий алтарь, на котором он отнимал у них...

Стоп! Хватит!

Я размеренно дышала, одновременно с этим обращаясь к источнику своей магии. Ныряя так глубоко, как не ныряла еще никогда. Знала, что мои глаза под закрытыми веками сейчас серебристые, а на висках кое-где проступила чешуя лунной драконицы. Но мне была нужна не она, а сила, доставшаяся от отца.

Где же ты?

Я шарила в потьмах, не видя света. Ужасно боялась, что вместо темноты передо мной возникнет злой, леденящий душу взгляд Линдвора. Очевидно, что психа, помешавшегося на своих экспериментах. Худшего из них — умного, хитрого, изворотливого.

Я просто хочу жить... Очень хочу... Выбраться отсюда и снова увидеть его, — я почувствовала, как по вискам скатились две одинокие слезинки, затерявшись где-то в волосах. — Хочу сказать ему так много о нашей истинности. Может быть, теперь он поймет. А если нет... что ж... по крайней мере, я буду знать, что сделала все, что могла.

Я хочу увидеть своих друзей, которым не успела сказать, как ценю их. Как рада, что встретила здесь. Как счастлива, что хотя бы они теперь пара, ведь Рекс предложил Минди стать его невестой. Попросить их беречь друг друга и не обижать. Никогда.

Слезы все-таки потекли из моих глаз, и я по инерции подняла руку, чтобы вытереть их.

Я. Подняла. Руку.

Как?

Медленно открыв глаза, я посмотрела на свои пальцы и не увидела их. Магия теневой драконицы все же пробудилась. Вряд ли надолго, так что стоило поспешить.

В этом состоянии законы физики нарушались, так что от кандалов удалось освободиться легко. Я соскочила с алтаря, успев заметить изумление, мелькнувшее в глазах Альвы, и бросилась к двери, исступленно дергая за ручку. Ожидаемо дверь оказалась заперта. Попробовала пройти сквозь нее в виде тени, но меня отбросило в сторону: на ней явно стояла какая-то защита.

— Здесь есть другой выход?

Альва не могла видеть меня, но прекрасно слышала, и сейчас она медленно покачала головой, глядя чуть выше и левее моей головы.

— Нет, он всегда приходит через эту дверь, а когда уходит, запирает каким-то заклинанием снаружи.

Плохо дело. Я смогла освободиться из кандалов и укрыться тенями, но не смогла выбраться из ловушки. И теперь мне оставалось лишь смиренно ждать, когда появится Линдвор и найдет меня. Потому что я точно была уверена — ему, с его опытом и знанием, не составит особого труда сделать это...

*****

Я закружилась по подземелью в поисках хоть какого-нибудь оружия. Мой план был таков: спрятаться за дверью и, когда Линдвор войдет, использовать эффект неожиданности, ударить его и сбежать. Думать о том, что он меня быстро догонит или я просто-напросто заблужусь в поземных ходах, я себе запретила.

Увы, кажется, бывший ректор предусмотрел все. Здесь не было ничего, что можно было бы использовать для нападения. Ни обломков камней, ни стульев, ни ритуального ножа. Кажется, свои ритуалы он проводил исключительно с помощью магии, а из новшеств были только кандалы и клетка, стоявшая в углу.

Но и у девушек, как оказалось, не было ничего подходящего. Линдвор приносил им еду и потом уносил ее, так что о вилке в качестве оружия тоже пришлось забыть.

Все, что мне оставалось, это встать за дверью и ждать неизбежного.

— Рона, — донесся до меня слабый голос Альвы из клетки. Кажется, она истратила последние силы, общаясь со мной, и теперь прилегла на узкую койку. На двух других, отвернувшись, лежали пропавшие адептки.

— Что? — откликнулась я, устало прислонившись затылком к каменной стене. Я чувствовала, что скоро моя маскировка даст сбой из-за неопытности и нехватки сил, но и развеивать ее боялась: не была уверена, что смогу снова быстро уйти в тень, если Линдвор внезапно войдет.

Выбор без выбора — кажется, так это называется?

— Прости меня за то, что я так вела себя. Если ты выберешься отсюда, передай моим родителям, что я их очень люблю... Любила... — поправила себя Альва, а у меня ком в горле встал, когда я услышала это. — И сестре, у меня есть младшая сестра, ей восемь. Скажи ей, что она — самое дорогое, что у меня было.

— Перестань, — прошептала я, борясь с подступающими слезами. — Мы выберемся отсюда все вместе, вот увидишь. Нас обязательно спасут.

Вот только я и сама в это не верила. Если нас и могло что-то спасти, то только чудо.

*****

Я поняла, что Линдвор стоит за дверью, когда по ней прошла мерцающая серая рябь — видимо, он только что снял свое заклинание. Высокая фигура в черной мантии шагнула внутрь и впилась злым, немигающим взглядом в пустой алтарь.

— Где она? — раздался убийственно-ледяной голос, от которого по моему позвоночнику пополз липкий страх. — Куда она делась?

— Я не знаю, — в глазах Альвы плескался страх, но она все же нашла в себе силы соврать ему.

Бросив на нее раздраженный, короткий взгляд, Линдвор оглянулся по сторонам, медленно прощупывая пространство.

Так страшно, как сейчас, мне не было еще никогда. Что может быть хуже, чем оказаться запертой в клетке с хищником?

— Тебе лучше выйти самой и не испытывать мое терпение, иначе я сделаю тебе больно... очень больно, — глаза дракона полыхнули безумным огнем.

Тьма, какой же он жуткий!

Я видела, как задрожала Альва, отползая в дальний угол своей клетки. Видимо, она не понаслышке знала, что такое «больно». А потом он просто залечивал ей раны магией... до следующего раза.

Все это пронеслось в сознании вихрем, норовя уронить меня в пучину отчаяния, потому что я понимала, что, если не сдамся ему сама, он рано или поздно найдет меня и

сделает больно

Смогу ли я вообще это пережить?

— Считаю до десяти.

Я видела, как Линдвор обходит подземелье, пристально вглядываясь в каждую тень в попытке отыскать меня. Короткие, брошенные им слова, доносились словно сквозь многочисленные слои ваты. Сердце стучало как сумасшедшее, дыхания не хватало. Потому что я вдруг отчетливо поняла: если я не сдамся сейчас, он сделает

нечто ужасное

, чтобы заставить меня.

— Три... Два... Один... — Линдвор остановился у каменного алтаря и замолчал, будто все еще ждал, что я появлюсь. — Что ж... — его голос стал пугающе-вкрадчивым, — я мог бы подождать, пока твои силы иссякнут. Но я не привык ждать, — его лицо исказила злоба, — поэтому мы поступим иначе.