— Верните обратно! — нервно воскликнула я и тут же прикусила язык, увидев в глазах дракона обещание скорой расправы. За побег. За обман. За то, что посмела играть с ним и нарушить

его

волю.

— И не подумаю... — дракон был уже совсем близко.

Отступать больше было некуда, я уперлась спиной в стену. Но, может... Я метнулась было в сторону двери, когда мужская рука с силой впечаталась в камень рядом с моей головой.

Инферно явно со мной не закончил.

Вздрогнув, я шарахнулась в другую сторону, на чистых инстинктах. Лишь бы быть подальше от него. Но и этого мне просто не дали сделать. Вторая рука дракона врезалась в стену перед моим носом, отрезая последний путь к отступлению.

Я оказалась в капкане. Не выскользнуть, не сбежать.

— Где же твоя смелость, Ро-на, — издевательски-зло протянул дракон. — Раз посмела сбежать от меня, должна была понимать, что рано или поздно я поймаю и накажу. — Он произнес это таким тоном, что по телу побежали мурашки.

Что он задумал?

Я все же рискнула поднять голову и тут же натолкнулась на обжигающий золотой взгляд, полный ярости, смешанной с диким желанием. Наказать. Обладать. Подчинить себе.

Последнее я видела отчетливо, как никогда. И это меня особенно напугало.

— Вот как мы поступим, невеста, — дракон зло дернул уголком рта, намеренно назвав меня так. — Сейчас ты вернешься к себе и соберешь вещи. А завтра утром отправишься к родителям. Под конвоем, чтобы не сбежала. И будешь сидеть под домашним арестом до самой свадьбы. Я ясно выразился?

Я смотрела на него и не могла поверить в то, что слышу. Он не дал мне и слова сказать! Да что там, ему было вообще плевать, почему я сбежала! Он снова собирался поступить со мной, как с вещью: упаковать понадежнее и отправить домой, в ожидании, когда приедет ее хозяин.

Не так я представляла себе наше объяснение, вовсе не так. Дурной романтический флер в голове быстро сменялся гнетом жестокой реальности.

Мне казалось, за последние дни я узнала Инферно чуть лучше. Да, он был жестким и властным, это факт. Но в то же время я видела дракона и другим: справедливым, когда он наказывал провинившихся адептов, наплевав на статус их родителей и протекцию короля. Переживающим, когда ранили Рекса.

И я почему-то решила, что мы могли бы... найти общий язык, быть может? Пусть не сразу, со временем. Могли бы попробовать построить совместную жизнь на взаимном уважении, например, если симпатия уже есть?

Мне казалось, я видела ее, эту симпатию — в ответном, золотистом взгляде дракона. В том, как он выделял меня, что говорил... И тот его поцелуй... Зачем это все тогда? Просто понравилась симпатичная адептка и захотелось развлечься, чуть-чуть поиграть?

Кажется, я ошибалась. Для Инферно существовали только два мнения: его собственное, не поддающееся сомнению, и все остальные, неправильные изначально. И стоило ему понять, что я и есть его невеста, отношение резко изменилось. Играть он больше не собирался.

Случилось то, чего я боялась. Свободы нет. Прав нет. Есть только власть жениха.

— Не слышу ответа, — дракон по-прежнему прожигал меня взглядом, нависая сверху.

— Нет, — я разлепила пересохшие губы. — Я останусь в академии.

На скулах Инферно заиграли желваки, ноздри хищно раздувались.

Я. Посмела. Перечить. Ему.

Опять.

— Вот, значит, как...

— Статуи Драконов Основателей приняли меня под свою защиту. Устав академии гласит: все ее адепты неприкосновенны до момента, когда закончат учебу, или до своего отчисления за серьезный поступок, — я старалась не смотреть на дракона, когда произносила эти слова. Чувствуя его жуткую энергетику и невероятную мощь. И сейчас он давил ей на меня, требуя подчиниться его воле.

Мы оба застыли, неотрывно глядя друг другу в глазах. В его было опасное жуткое пламя, черный зрачок пульсировал и мерцал. Я знала, что и мои глаза перестали быть голубыми, стремительно покрываясь кристаллами серебристого льда. Какой смысл скрывать силу теперь, если Инферно безжалостно разрушил мою маскировку одним щелчком пальцев?

Сила лунной драконицы не могла противопоставить огненному ничего, она была для этого не предназначена. И все же я держалась — из последних сил, зная, что даже в этом немом противостоянии взглядов я не хочу ему проиграть.

Никогда.

Почувствов на губах что-то теплое, я коснулась их кончиками пальцев и с удивлением поняла, что у меня из носа пошла кровь.

Инферно медленно закрыл и открыл глаза, с шумом втягивая воздух сквозь стиснутые зубы. И не думая отстраняться и меня отпускать.

— Значит, по-хорошему ты не хочешь, — процедил он, наклоняясь ко мне еще ниже, чтобы вновь подцепить мой напряженный, панический взгляд. Все, на что меня хватило, это отрицательно покачать головой.

— Я услышал тебя, Рона. Тогда готовься к тому, что будет по-плохому. Ты вылетишь из академии на первом же экзамене, и знаешь почему?

Я молчала, понимая, что ничего хорошего сейчас не услышу.

— Потому что его буду проводить я, а ты... — меня окинули многозначительным взглядом, — его с треском провалишь... Мне даже делать ничего не придется, ты все сделаешь сама.

Инферно резко оттолкнулся ладонями от стены, отходя от меня на шаг, и теперь стоял, засунув руки в карманы брюк.

Уверенный, жесткий взгляд не оставлял сомнений: он сделает то, что обещал. И сделает это так, что не подкопаешься: по уставу, на который я только что сама же ссылалась, используя как защиту.

Кажется, она меня подвела.

Зло усмехнувшись, ректор направился прочь, оставив меня стоять у стены — потерянную и раздавленную.

— Почему вы именно меня выбрали невестой? — отчаянно крикнула я удаляющемуся дракону.

Инферно остановился. Мощная спина, обтянутая белоснежной рубашкой, напряглась, и он повел шеей, будто собирался обернуться. Но нет, спустя мгновение дракон последовал дальше, так ничего и не сказав.

Глава 27

Глава 27

Ночь для меня прошла тяжело. Меня всю колотило — от нервов, от перерасхода магии, которую я отдала, пытаясь сопротивляться дракону.

«Если он женится на мне, в браке я долго не протяну, — подумала я, смывая засохшую кровь с лица в маленькой душевой. — Я либо погибну, если буду постоянно ему сопротивляться, отстаивая себя, либо мне придется подчиниться». Но как подчиниться тому, кто тебя ни во что не ставит?

Включив воду, я долго стояла под упругими, горячими струями воды, смывавшими волнения и горечь последних часов. И думала... думала.

Не прощу себе, если сдамся без боя и уеду из академии. Мы еще посмотрим, Инферно, кто выиграет, а кто проиграет! Я перевела взгляд на пузырьки с краской для волос, стоявшие тут же, и улыбнулась: к утру нужно успеть вернуть себе прежний вид.

...Утро застало нас с Минди, сидящих в столовой. Мы пришли сюда одними из первых, так как заснуть все равно не смогли. Полночи красили мои длинные волосы, потом убирались и обсуждали произошедшее. Подруга, к счастью, была полностью на моей стороне.

— Не оборачивайся, он идет, — тихо произнесла Минди, опуская глаза вниз.

Но мне и не было нужды смотреть на того, кто вошел только что. Я затылком почувствовала впившийся в меня тяжелый, давящий взгляд. Недобрый, стоило дракону понять, что я вернула волосам пурпурный цвет.

Что он сделает? Вновь щелкнет пальцами, устроив в столовой представление для адептов? Прилюдно раскроет обман, рассказав всем, что я не Верона Блейз?

Я знала, что играла с опасным огнем и своими действиями только что разожгла его еще сильнее.

Громкие, чеканящие шаги раздались в огромном, залитым тусклым утренним светом помещении. Дракон приближался. Двадцать метров. Десять. Пять.

Кажется, я позабыла, как дышать, судорожно сжимая побелевшими пальцами чашку с травяным чаем.

Три метра. Один...

Вот сейчас... Сейчас...

Он просто прошел мимо меня, направившись к преподавательскому столу. Уселся на стул, вальяжно откинувшись на спинку и широко расставив мощные ноги. Теперь я сидела к нему лицом.

Уверена, от дракона не укрылись ни моя бледность, ни стиснутые до боли пальцы, которые я силилась разжать, но не получалось.

«Что, Рона, правда думаешь, что сумеешь переиграть меня»? — дракон смотрел на меня в упор не мигая. Надменное, бесстрастное лицо, непроницаемый взгляд. Но я знала, что все это равнодушие напускное. Поднеси спичку и рванет, не оставив тут камня на камне.

«Я попробую», — мысленно ответила я, глядя на него поверх злосчастной чашки, которую я так и не смогла поставить на место, поэтому снова поднесла ко рту.

Чуть склонив голову набок, дракон усмехнулся уголком рта, но тут же опасно прищурился. И не было сомнений в том, что означал этот взгляд: он обещал мне скорую расправу.

Ведь через две недели у нас начинались экзамены...

*****

Зимняя сессия у первогодок в АДе была нестандартная: она проходила на месяц раньше, чем у остальных курсов. И пока остальные адепты продолжали выезжать в город, развлекаясь на ярмарках и катках, мы с утра до вечера сидели в библиотеке. Декан Харел Гримвуд временно отозвал наши разрешения на выезд, объяснив это тем, что у нас нет времени на безделье.

И здесь я была вынуждена согласиться с дроу. Потому что второй особенностью зимней сессии для первогодок являлось отчисление тех адептов, кто ее провалил. Нельзя было пересдать экзамен. Неявка на него также засчитывалась за несдачу, если на то не было очень веских причин.