Глава 13

Глава 13

Когда в вашу жизнь приходит бардак, он обычно меняет все ваши взгляды. А в мою он не пришёл, тихо и скромненько, как стеснительный гость, он влетел на ракете, поставил посреди квартиры пилон и отжёг такой заводной танец, что все томно вышли покурить.

Я вернулась на кухню полностью одетой. Провоцировать на что-то большее мне не хотелось, пережить бы без седин то, что уже случилось.

Рома в фартуке поверх футболки и стрёмного серого комбинезона (?) орудовал у плиты. Рядом с вытяжкой лежал его телефон, из динамиков хрипела песня The Anix «Interchanger». Я аж прослезилась от умиления. Это же мелодия звонка, которая стоит у меня на его контакте. Любимая песня, между прочим.

Илья сидел за столом и листал ленту в телефоне. Он тоже зачем-то упаковался в футболку и точь-в-точь такой же грубо сшитый серый комбинезон с лямками на плечах.

— Вы в обед приглашены на девичник в качестве стриптизёров-пожарных?

Встала рядом с Ромкой, заглянула в сковороду, на которой он поджаривал куски батона, вымоченные в яйце. Ромыч выключил музыку, поймал меня за бок и звонко чмокнул в щёку.

— Вообще-то мы в образе грузчиков, но раз тебе хочется именно пожарных...

Он многозначительно поиграл бровями и смял мою задницу ручищей. Я, как ни в чём не бывало полезла в буфет за кружкой, а сама покосилась через плечо на Илью. Телефон он отложил, а за нами наблюдал с непроницаемым лицом.

— И что собрались грузить?

— Твои пожитки, — ответил Илья и коршуном проследил за мной.

Как шла к чайнику, как наливала кипячёной воды в кружку и особенно зорко за тем, как пила маленькими глоточками, встав у подоконника.

— А я куда-то переезжаю?

Рома вилкой переложил на тарелку четыре румяных тоста и вывалил на сковороду несколько ломтиков бекона.

— Как раз хотели тебе предложить, — ответил Илья, встал рядом и с настороженностью переплёл свои пальцы с моими.

— Я же обещал тебе вчера отправить бригаду сантехников, чтобы по уму всё сделали, — напомнил Рома.

— А чего тут ремонтировать? — подхватил Илья. — Квартира — говно, до работы тебе час добираться.

— Ты тактичен, как затупившийся топор, — подметила я и почему-то позволила Илье перетащить мою руку себе на талию.

Ёпсель, процесс приручения во всей его красе!

— Это же не к тебе претензия, а к бытовым условиям.

— К одному из нас ты вряд ли согласишься переехать, — Рома стрельнул по нам глазами.

А что? Стоим, обнимаемся, вполне в их привычках.

— Ещё чего, — возмутилась вяло. — Мне и тут неплохо.

— А должно быть хорошо, — Илья поцеловал меня в плечо. — Давай хоть посмотрим квартиру, которую тебе Ромыч нашёл.

— Она в центре, в доме в основном профессура живёт. Он ещё при советах строился для сотрудников давно сгинувшего НИИ, — принялся рекламировать Гурьев. — Хата в муниципальной собственности, до прошлого месяца в ней врач жил, этот... ухогорлонос. Его в Подмосковье вместе с семьёй переманили. Ремонт там классный, цена на аренду копеечная. Мне она по большому блату досталась. Если сегодня откажемся, завтра её уже сдадут.

— Тебе бы в риелторы, маркетолог, — съехидничал Илья, но смотрел при этом на меня, будто побуждая принять решение.

— Ой, ладно, съездим, посмотрим, — сдалась.

— Тогда кушать подано, садитесь жрать, пожалуйста, — Рома плюхнул на стол тарелки с жареным хлебом, хрустящим беконом и ломтиками сыра.

Я достала из холодильника контейнеры с недоеденными остатками вчерашних салатов. Илья для всех расставил кружки и приборы.

Неловкость между нами никуда не исчезла. Я вообще боялась поднять глаза, а эти двое, наоборот, будто сговорились не выпускать меня из виду. Смотрели пристально, изучающе, в чем-то даже голодно.

Вот поди пожуй что-нибудь под надзором.

— Вы ещё долго собираетесь пялиться? — ну ведь кусок в горло не лезет.

— Постоянно, — честно признался Илья.

— Но можем изредка делать паузы, если тебе неуютно, — мягко сказал Рома. — Тебе неуютно, Сонь?

— И этот муфлон — мой брат, — Илья фыркнул, придвинул к себе тарелку и демонстративно пересел ближе ко мне. — Как ты его выносишь, Сонь?

— Любит, — Рома «очень по-взрослому» показал язык. — Утрись теперь, тебе-то козырять нечем.

Думают, я совсем глупенькая и не понимаю, что происходит? Да все их фишечки читались на раз. Переругиваются при мне, чтобы рассмешить, поднять настроение, заставить отвлечься от горьких самокопаний. В общем-то, я не против.

А вчерашнюю групповую переписку зачем затеяли? Ведь соображают, что нам, девочкам, это нравится. Лихие словечки, ходьба по грани, лёгкий флирт. Они закидали меня своими фотками, уморили хохотом и утром пришли брать тёпленькую. Я ещё не отошла от ночных эмоций, боевой дух сладко посапывал, и вот вам результат. Я почти добровольно отдалась обоим. Если бы упорствовали, наверняка не стала бы сопротивляться.

Получается, всё ради...

— А у вас все темы обо мне? — спросила вслух. Оба уставились на меня с недоумением. Пояснила: — Я имею в виду, все эти «мы тут подумали», «мы прикинули», «мы подыскали квартиру» и «мы создали групповой чат» — это же всё ради одной цели, трахнуть меня вдвоечка, да?

Илья нахмурился, сцепил челюсти. Рома моргнул пару раз и потянулся к моей руке.

— Сонь, ну ты чего?

— Трахнуть мы можем любую, даже свистеть не придётся, — Илья не старался подсластить пилюлю. — Если бы речь шла только о сексе, поверь, ты бы уже стояла на коленях.

— Бля-я, у тебя с выражениями полный ахтунг, — Рома хлопнул себя по лбу и закрыл глаза рукой.

— Разве ты на коленях, Сонь? — с нажимом закончил свою мысль Зарубин и криво посмотрел на брата, словно укоряя в чем-то.

— Встать? — брякнула с вызовом и швырнула вилку на стол.

— А хочешь? — с тем же пылом спросил Илья.

— Да ты угораешь! Илюх, хорош! — Рома пробовал урезонить братца.

Я поднялась на ноги, Илья тоже выпрямился. Сверлил меня глазами, злющими и колючими.

— Сонь, ну хоть ты не поддавайся... Да вы чего начали?

Я психанула и опустилась на пол. Вскинула голову и с придыханием наблюдала за тем, как Илья скидывает с плеч лямки комбинезона.

— Пиздец, позавтракали, — Рома изобразил обиженку.

А меня уже потряхивало от ужаса и отвращения, но я изо всех сил хорохорилась и ждала, пока Илья наиграется в нагнетание атмосферы.

Вдруг он рухнул рядом со мной на пол, обхватил ладонями за щёки и прошептал:

— Ты прекращай выдумывать и принижать себя. Вот он, — Илья ткнул пальцем в брата, — тебя любит. Может, как-то по-своему, туповато и блондинисто, но любит. Я о себе такого сказать не могу, но эмоции к тебе есть. Самые разные от восхищения до умиления. Тебя утренняя встреча обидела?

Кивнула.

Он прижал меня к себе, позволяя уткнуться носом в плечо, и погладил по спине.

— Прости за это. Мы ничего такого не планировали. Я искренне хотел тебя только поцеловать, но... Ты себя со стороны не видела, тигра? Ты в принципе красавица.

Ой, как знатно трындит, но моему самолюбию нравилось. Знаю я, что до подиумных див мне как до Америки пешком. Я рыхлая, отнюдь не высокая, круглолицая и закомплексованная. Миловидной меня назвать можно, но красивой в привычном понимании этого слова — нет. Хотя... у него же беда с терминологией.

— Мимо тебя по улице пройдёшь и до поздней ночи будешь облизываться, — продолжил пестовать Илья мою самооценку. — А когда ты заводишься — ух, у меня пробки вышибает. Меня сроду так от девушки не выворачивало. Веришь?

Я мотнула головой и обняла его за талию.

— Мир, дружба, жвачка? — Илья вернул мне мою же фразу из переписки и поцеловал в висок.

Рома облегчённо хохотнул:

— Я тоже хочу свою порцию обнимашек.

Он помог мне подняться, а потом со всей присущей ему нежностью сгрёб в охапку.

— Не обращай на него внимания, — посоветовал тихо. — Он как репейник, колючий, но безобидный.

— Сча моя безобидность тебе с вертушки навтыкает.

— Ага, напугал, — Рома запустил пальцы мне в волосы и массирующими движениями прошёлся по затылку. — И давайте договоримся: раз ты, Сонь, так болезненно всё переживаешь...

–... впредь всё идёт с твоей подачи, — решительно закончил Илья и погладил меня по спине. — Такой уговор тебя устроит?

— Только моя инициатива?

— Да, — подтвердили хором.

Ба! Им даже договариваться не надо, спевшийся дуэт.

И знаете, это помогло. Я вдруг ощутила себя верхом на коне, почувствовала, что не только владею ситуацией, но и могу управлять этими оболтусами. Как там советовала Диана? «Коли завела себе породистого кобелька, учись с ним обращаться, дрессируй». Грубовато сказано, конечно, однако по сути подруга оказалась права. Нужно только озвучить условия.

— Тогда давайте прокатимся до тех шикарных апартаментов в центре города, — предложила, и Рома с энтузиазмом поддержал.

— Ты же знаешь, колёса всегда под жопой.

Дом мне понравился. Ухоженная панельная девятиэтажка с чистым лифтом и коридорами-лабиринтами. Без помощи Ромы мы вполне могли заплутать в хитросплетении переходов. Сама квартира оказалась двухкомнатной. В прихожей большую часть пространства занимал гигантоподобный шкаф-купе с зеркальными дверями от пола до потолка. Комнаты располагались наискосок: слева зал с огромным угловым диваном, мебельной стенкой во всю ширину комнаты и ультрасовременным плазменным телевизором. Слева находилась спальня, небольшая, но светлая и уютная. Кухня блистала белым мрамором: шкафы, буфеты, столешницы и даже встраиваемая техника были отделаны холодным камнем с серыми и золотыми прожилками.