Николас был прав. Все имеет свою цену и все продается.
Толпа, которая заполняет кофейню каждый день, ищет кусочек Николаса. Они все хотят увидеть стул, на котором он сидел (Элли прикрутила табличку на спинку одного из стульев: «Его Королевская Задница была здесь». Рядом Марти нацарапал: «И она была прееееекрасна»).
Я не давала автографов и не фотографировалась, но это не мешало людям просить. Я работаю каждый день, пытаясь себя чем-то занять, но предпочитаю оставаться в задней части кафе. Подальше от жадных глаз и нескромных вопросов.
Бросаю посуду в раковину на кухне, потому как табличка «ИЩЕМ ПОСУДОМОЙКУ» все еще висит на переднем окне. Болтовня толпы снаружи настолько громкая, что я не слышу, как позади меня появляется человек. Не раньше, чем разворачиваюсь и врезаюсь ему в грудь. Логан держит меня за локоть.
– Простите меня, мисс Оливия.
Это ужасное, темное чувство сжимает мою грудь, потому что, глядя на его лицо, всплывают воспоминания, которые ранят меня.
– Почему ты здесь, Логан?
Он смущенно смотрит на меня.
– Сегодня моя смена. У Томми выходной.
– Нет. Нет, я имею в виду, почему вы все
От Николаса не было никаких вестей: ни звонка, ни сообщения. Я ожидала, что Логан и Томми отправятся обратно в Весско сразу же, как стало понятно, что я вернулась. Что было бы к лучшему.
Он сжимает губы, а в его глазах тлеет сочувствие.
– Принц Николас велел охранять ваш бизнес и присматривать за вашей сестрой. Пока я не получу новый приказ, это я и буду делать.
– Может… он забыл, что вы здесь?
Логан смеется.
– Он никогда не забывает о своих людях. Если Томми и я здесь, то только потому, что он этого хочет.
Я не знаю, что делать с этой информацией, подсказка ли это от Николаса или это не значит ничего. Но у меня нет времени что-то анализировать. Потому что секунду спустя голос моей сестры раздается с улицы:
– Все вон! Уходите! Время сиесты. Мы закрываемся на вторую половину дня. Эй, Марти, помоги, ладно?
Логан и я бросаемся из кухни. Элли держит дверь открытой и всех выгоняет, несмотря на протесты, а Марти направляет людей, как современный пастух.