– Ничего себе, поворот! А ну рассказывай!

– Да нечего рассказывать. Она меня в «Кассандре» нашла пьяного, я за нее вступился, меня отмутузили какие-то олени, она притащила меня домой. Ну, и пошло-поехало, любовь-морковь, – Антон посмотрел на Ксану несчастными глазами, – ну, не знаю я, что рассказывать! Отстань!

Ксана прижала руки к щекам и осуждающе покачала головой.

– Ай-я-яй! Бедная девочка! Поехали вместе.

Антон обрадовался, словно нашкодивший ребёнок, которому разрешили не становиться в угол.

– Ты мне поможешь?

– Помогу, оболтус хренов! Это же надо такое учудить! Поехали уже! – и Ксана счастливо рассмеялась.

Пока они обедали и делились новостями, наступил майский вечер – теплый, мягкий, наполненный горьковатым запахом цветущих черешен. Жизнь, всего несколько часов назад казавшаяся Антону мрачной и абсолютно беспросветной, стала по-настоящему замечательной. Он совершенно теперь не понимал, как мог натворить столько беды, забыв о том, что рядом с ним всегда были самые лучшие люди во всем мире. Прошлое увиделось странным, чужим, будто долгие годы он жил в мороке. И вот только сегодня упала, наконец, пелена с глаз, исчезло злое заклятие, все стало простым, ясным и легким. Дом – это друзья и любимая Зоя. Жаль только, что Бегемота он никогда больше не увидит.

Возле Зоечкиного дома Родион повел машину крайне медленно, объезжая глубокие выбоины. Вдруг на дорогу комочком вывалился пушистый бело-рыжий котенок и, увидев машину, в ужасе выгнул спину, зашипел. Родион резко затормозил, уверенный, что наехал на него, чертыхнулся, Ксана охнула. Из подъезда выбежала девчонка, смело вытащила малыша из-под колеса и, подхватив на руки, отошла на тротуар, лицо ее было перепуганным. Антон выбрался из машины, оставив дверцу открытой. Сзади раздраженно посигналил продуктовый фургон, которому они загородили проезд, но Антон не обратил на него внимания.

– Покажи кота. Он твой?

Девочка всхлипнула.

– Мама заставила отнести на помойку. Говорит, у него глисты.

– А мне отдашь?

Она застенчиво протянула ему котенка и сразу убежала в подъезд. Антон вытащил из своей сумки футболку, замотал котенка, сел в машину, пристроил его на коленях. Тот выпустил когти и внимательно посмотрел на своего спасителя, глаза у него были ярко-желтыми.

Антон погладил замурчавшего звереныша за ушами и нервно попросил:

– Поехали, Родион Михалыч, нам к тому дому.

Когда прозвенел звонок и Зоечка открыла входную дверь, первое, что она увидела, был пушистый котенок с яркими рыжими пятнами на морде и желтыми глазами. Она схватила его, прижала к себе.