– О Кайли, – мама бросилась ко мне. – Я чуть с ума не сошла! – потом к Эрику подошла, смаргивая слезы. – Спасибо, – шепнула и, взяв его ладонь, сжала крепко. – Ты жизнью рискнул ради моей дочери… Спасибо. А ваш…

– Шарлотта, – остановил отчим. – Позже. Все позже. А ты отдыхай, завтра заберем тебя.

Мы не говорили, пока ехали домой. Было поздно: Риччи сразу уснул, да и на меня навалилась жуткая усталость, а еще дрожь прошибла, холодным потом пронзив тело. Во-первых, меня чуть не убили; во-вторых, я могла потерять самого невыносимого и самого нужного мужчину; в-третьих, этот мужчина, о боже, попросил быть с ним! Стать его… психотерапевтом! Правда, нужно еще узнать, что это значит. И вишенка на торте: наши родители все узнали. Мы сами не разобрались до конца, что и как, а теперь еще и с ними объясняться. Да, насыщенный вечер выдался.

Утром тоже меня не прессовали: мы быстро позавтракали и поехали в полицейский участок. Меня ждали для дачи показаний. Дэвид поехал со мной. Ему я рассказала все, что знала об этом деле. Маме фильтровала. Про то, что капитан Вольц насиловал и издевался над родной дочерью умолчала. У моей матери слишком тонкая душевная организация.

– Кайла, познакомься, – офицер Кларк, отец Марсии, теперь официально вел это дело, – Итан Берроуз, окружной прокурор.

– Здравствуйте, – сглотнула я. Мужчина был видный. В возрасте уже, но с такой мощью во взгляде… Меня ознобом прошибло. Не хотела бы оказаться по ту сторону закона, и чтобы за задницу меня взял именно этот человек. Вот кто настоящий железный дровосек.

– Мисс Хьюз, мистер Лаваль, – обратился к нам прокурор очень мягко, словно ручей острые камни обтекал. – У нас есть к вам просьба. Очень деликатная просьба, – и бросил взгляд на офицера Кларка, приказ невербально отдал.

– Кайла, мы сообщили семье Вольца. Они разбиты… Но они не знают, что с Анной это сделал именно Мэйсон. Мы хотели просить тебя изменить эту часть показаний.

– Постойте, – вмешался Дэвид. – Вы просите мою падчерицу лжесвидетельствовать? А через десять лет – это не выйдет ей боком?

– Уверяю вас, что Мэйсон Вольц не выйдет из тюрьмы. Мы будем добиваться высшей меры, – четко произнес прокурор. – А девочка… Как на ее психике отразится знание, что ее отец делал с ней отвратительные вещи?

– Не давите, прокурор Берроуз, – холодно ответил Дэвид. Я посмотрела на него и кивнула. Я справлюсь.

– Вы заключили сделку с капитаном? – прямо спросила я. Отец Марсии переглянулся с прокурором: тот едва заметно улыбнулся.

– Да, он полностью признает вину, без волокиты. Но мы должны сохранить инцидент с дочерью в тайне.