– Пока, Чарли. – Она отводит взгляд и морщится, пряча взгляд.

– Пока, детка.

– Звони мне.

– Каждый день.

Я ухожу и не оборачиваюсь, пристально глядя перед собой.

Может, из-за этой сосредоточенности я и обращаю внимание на чужую машину, которая медленно катится по дороге. Меня пробирает озноб, когда думаю, что это может быть человек Лойера. Хорошо, что Рианна на улицу не вышла. Ее никто не видел.

В этот момент я по-настоящему осознаю, что обязан уехать. Причин много, и нет ни одной, почему должен был бы остаться. Не представляю, как жить без Рианны Ламлашской. Я не видел ее две минуты, а уже еле держусь, чтобы не повернуть назад.

Машина притормаживает, но потом разворачивается, наезжая на соседскую клумбу и исчезает из поля зрения. Я приглаживаю ладонью волосы, мечтая прибить себя чем-нибудь тяжелым за то, что втянул Рианну во всю эту хрень… и вспоминаю, что забыл коробку с документами, включая паспорт.

Черт. Что Джейсону сказать: куда ходил, где пропадал без дела?

– Красивая девочка, – заявляет он. Я от неожиданности спотыкаюсь о ступеньку, более кривую, чем остальные. Вечно за нее цепляюсь.

Джейсон сидит в кресле на крыльце и курит сигару, хотя тянет вроде бы марихуаной.

– Полиция отдала соседям кое-какие мои вещи, – равнодушно отвечаю, собираясь войти в дом, но Джейсон скалится, как гиена:

– Вы с Рианной сблизились, это очень хорошо для твоей психики… Поделишься девочкой? Думаю, Алистер заинтересуется.

У меня в глазах рябит, и я говорю холодно, ясно отдавая себе отчет:

– Я убью тебя. Посмотри в ее сторону, и я размажу твои мозги по бренной земле твоих предков.

Джейсон смеется, он явно в отличном настроении сегодня. Рад, что испортит мне жизнь. Наслаждается моей ненавистью, падальщик, и я шумно вдыхаю, чтобы вернуть себе маску безразличия.

– Сынок, у тебя в здешней сырости чувство юмора атрофировалось? Или транквилизаторами обкололся опять? Твой бедный отец уже и пошутить с тобой не имеет права?

– Твои шутки убогие, как и ты.

Мы наблюдаем, как со стороны холмов бежит человек, затянутый в спортивный костюм, как в перчатку. Я узнаю мистера Килмора. Он поглощен мыслями и музыкой: беспроводной наушник в ухе чернеет. Преподаватель замечает нас, притормаживает, мнется пару секунд, но так и не подходит. Скоро старший Килмор превращается в силуэт, и я вздыхаю, сожалея, что здесь, на этом острове, не сложилась моя жизнь.

Чужая машина, которую я заметил, запарковалась в начале нашей улицы, у выезда на главную дорогу, и мне любопытно, знает ли об этом полиция.