Но кто я такая, чтобы говорить о хребтах. Мой давно истончал. Кальция не хватает, гордости и смелости. Что бы такое съесть, чтобы развить в себе эти полезные для девушки Осборна качества?

«Для начала отключи интернет», – подсказывает здравый смысл, и я силой воли убираю смартфон в карман брюк. Толку мне следить за жизнью Чарли в Сети? Это бесполезно. Сомнений прибавится, а правды – ноль. Пускай Кэт истерит на пустом месте, а я просто буду верить в Чарли. В нас.

Не вытерпев, снова достаю смартфон и быстро печатаю смс-ку, закусив губу:

«Перестань целоваться со своими бывшими, а то Кошка-Кэт извелась от ревности. Иду сегодня к Майклу, пожелай мне удачи. Люблю, скучаю. Рианна Ламлашская».

Дублирую сообщение в инстаграм Чарли, а заодно пересылаю мысленно, энергетическим импульсом: вдруг дойдет.

От этих простых действий становится легче. Я уже готова сосредоточиться и слушать преподавателя, когда телефон вибрирует, и я с надеждой хватаю его.

Феррари Джонс.

«В подтверждение нашего разговора». И ссылка.

Заинтригованная, перехожу по ссылке и давлюсь воздухом на первых же секундах, потому что там показывают порно с участием моего парня. Чарли просто невменяемый. Оу-оу-оу!.. у меня нет слов, как и у Триши, которая скоро потеряет сознание. Хорошо, звук отключен по умолчанию, иначе моя душа не выдержала бы.

Чарли ничего плохого мне не сделал. На видео он ведет себя, как животное, не со мной. Но плохо мне.

У меня занимает целую вечность, чтобы сообразить, что это старое видео, январское, а не новое. Раньше у Чарли волосы были покороче, он не стригся после приезда в Ламлаш.

– Рианна, телефон – мне на стол, – гремит математик, и я вздрагиваю от неожиданности.

Слава богу. Заберите у меня телефон и не возвращайте никогда.

А еще сообщите, пожалуйста, Чарли Осборну, что его лучшая подруга – стерва.

В госпитале я гуляю мимо ресепшена минут десять. От страха не чувствую ног. Потом еще минут десять упрекаю себя за такую издевательскую метафору. Майкл – вот кто не чувствует ног, а я всего лишь бессовестная трусиха. В груди резонирует волнение, будто вода в стакане дрожит во время землетрясения.

– Ри! Спасибо, что пришла, – окликает меня сержант Салливан, и я быстро направляюсь к нему, теребя шлейки на рюкзаке.

Отец Майкла сжимает мои руки, отогревая холодные ладони.

– Я не могу, – признаюсь, но сержант… то есть, он ведь не сержант, а просто мистер Салливан теперь. В общем, мистер Салливан тяжело вздыхает и просит:

– Хотя бы на минуту зайди. Он не один сейчас, так что вам будет легче.