– Хорошо, да… Да, вы правы.

Мистер Салливан доводит меня до палаты – и останавливается, вынуждая делать последние шаги в одиночку. А я себя уговариваю: оно ведь и не плохо, что я боюсь. Это говорит о том, что мне не все равно. Главное идти через страх, через муторное пограничное состояние и отталкивающий запах госпиталя.

Я делаю последний шаг – и застываю в проходе. Другие пациенты отгородились шторами, но «ячейка» Майкла открыта. Кто-то сидит рядом с его кроватью, но мне пока не видно, а самого Салливана зато могу рассмотреть в подробностях, потому что спинка кровати поднята.

Майкл исхудал, лицо осунулось, темные круги под глазами. Он постарел, будто мы с ним жили в разных временных измерениях.

Увидев меня, он резко замолкает. Мы смотрим друг на друга, и мир начинает вертеться, отсчитывая дни, чтобы вернуть нас в тихий вечер, который мы разорвали громом выстрелов. Мне кажется, мы даже вздрагиваем сейчас одновременно, ощущая металлическое касание прошлого.

– Привет, – первым здоровается Майкл, и я киваю, потому что трудно говорить. Подхожу ближе и упираюсь взглядом в Дэнни Веймара: он сидит в углу «ячейки», устроив локоть на панели измерителя жизненных показателей.

– Привет, – растерянно вторит Дэнни, выпрямляясь и поднимаясь со стула.

Я и ему киваю.

– Как ты, Майкл? – сипло спрашиваю, пытаясь оторвать шлейку от рюкзака.

– Хорошо. Спасибо, что пришла, – умоляюще и одновременно благодарно произносит он.

– Ладно, мне пора, – тактично перебивает нас Дэнни, явно испытывая неловкость. – Ри, можно тебя на минуту?

Мы отходим на пару шагов, и я с трудом отвожу взгляд от подножия кровати.

– Я хотел извиниться… за прошлый раз. Прости, что полез не в свое дело.

– Ничего. Ты ведь хотел как лучше, – коротко улыбаюсь, снова глядя в сторону Майкла.

– Так и есть. Но оказалось, что Осборн не такое исчадие ада, как я думал.

– Правда?

– По крайней мере, на это есть надежда.

– И что тебя заставило изменить мнение?

– Инспектор Доннаван. Он мне звонил вчера, я как раз на утренний паром садился в Ардроссане, урвал время, чтобы приехать на пару дней, Майкла навестить… В общем, инспектор поддерживает Осборна, и… – Дэнни покаянно вздыхает: – И я решил, что погорячился. Просто ты мне очень нравишься, Ри.

– Дэнни, я здесь, чтобы посмотреть в глаза парню, которому прострелила позвоночник. Еще минута, и я от напряжения потеряю сознание. Ты выбрал очень неподходящий момент для признаний.