Я замерла, не мигая, глядя ему в глаза, и почувствовала, как вместо жара желания, заставившего мое белье бесстыдно намокнуть, приходит холод, вымораживающий все внутри. Кровь медленно отлила от моего лица, заставляя меня побледнеть, а Северина нахмуриться. Я едва сдержалась, чтобы не отшатнуться и не броситься прочь, и лишь мысленный приказ, что это Северин, это не Бахтияр, заставил остаться на месте.

— Алекса… что случилось? — он старался заглянуть мне в глаза, поймать взгляд. Я видела его тревогу, что звенела в его голосе. — Я напугал, прости… прости, — он тоже побледнел, судорожно одергивая подол моего платья, пытаясь приладить оторванный край. Я по-прежнему сидела, не мигая, — я напугал! Знал, что не нужно спешить, и все же… ты — чистое искушение, и остановиться нельзя, — он попытался прижать меня к себе, но я выставила руки, останавливая его. — Прости, не следовало переть напролом…

— Не в этом дело, — я, наконец, смогла разлепить пересохшие губы. Язык с трудом ворочался во рту. Но вовсе не его напор меня напугал, нет. Да если честно, я даже не заметила, случись все между нами прямо здесь, в машине. Может, какой-нибудь рычаг отвлек бы, а так… но причина была вовсе не в нем, не в моем Рине.

— Рин, прости… я не могу, — я попыталась слезть с его колен, чтобы…. Чтобы ему все объяснить, мне требовалось быть как можно дальше от него, от его успокаивающих объятий. Я не хотела, чтобы он… узнал вот так, но и начинать отношения с обмана?..

— Не будет у нас «первого раза», — мне все же удалось пересесть на свое место, и сейчас я едва заставляла себя не сжиматься в комочек, представляя его будущую реакцию. Я виновато опустила взгляд, чувствуя, как натягивается между нами какая-то незримая струна, готовая вот-вот лопнуть.

— Да, извини… должен был догадаться, — холодно и отчужденно проговорил Север, заставив меня на секунду замереть, смотря на него во все глаза. Ну вот, я знала… знала, что будет больно, что… — Слишком торопился, верно? Решил, что между нами может что-то получиться. Не нужно, я понимаю, что мы слишком различаемся…, — его усмешка вышла горькой и кривой, словно его внутри разрывало от боли. Я удивленно смотрела на него, пока до меня не дошел смысл его слов.

— Да нет же! Нет! Ты не понял, — в отчаянии я схватила его за руку, разворачивая лицом к себе. Он смотрел пустым взглядом, и внутри все защемило от чувства потери. Я взяла его лицо в ладони и призналась, как на духу, — Север… ты не понял. Просто… это я… уже не девушка, — и отвела взгляд, мне было стыдно признаваться ему в этом. — Я… мы с моим жени… у нас… было один раз, после которого… ну…мне… да, блин! — я отпустила его, рванув защелку на двери, чтобы вывалиться в кювет, но спасибо Северину, он среагировал быстрее, поймав меня за руку.