Я удобно расположилась на диванчике, откуда мне прекрасно было видно и слышно не только, как секретарь звонит Арине и сообщает, что я жду ее внизу, но и как тихонько глотает слезы, бросая в мою сторону опасливые взгляды. Было ли мне жаль ее? Наверное, нет, впредь для нее это станет уроком, что мужик, пусть и начальник, в постели — это еще не гарантия того, что ты станешь хозяйкой всех его заводов-пароходов.

Арина спустилась через пять минут, подошла с тонюсенькой папочкой сначала к секретарю, подав ей какой-то документ. Если я не ошиблась с цветом папки в ее руках — темно-синей — в таких помощница Сокольского обычно разносила приказы своего начальника об увольнении или переводе в другой отдел. И, судя по тому, как по бледным щекам Мариночки потекли слезы, ошибки быть не могло. Я лишь равнодушно наблюдала, как она послушно ставит свою подпись на документах, при этом бросив на меня такой ненавидящий взгляд, что им можно было расчленить при возможности.

Забрав из ее рук листок, Арина что-то ей тихо сказала, чем еще больше расстроила девушку, и направилась ко мне. Остановилась в паре шагов, как всегда делала это, и улыбнулась.

— Добрый день, Александра Георгиевна, вас ожидает Георгий Николаевич. Прошу следовать за мной.

— Здравствуй, Арина, рада видеть тебя, — улыбнулась ей в ответ, вставая и направляясь следом. В сторону ресепшена я больше не смотрела. Лишь мазнула взглядом, глядя, как спешат к «лобному» месту несколько девушек, видимо, подружек. Я последовала за Ариной, но стоило нам попасть в зону, где камеры не фиксируют нас, как Арина обернулась ко мне, шепнув:

— Любишь ты эффектно появляться, Александра Георгиевна, — хмыкнула она довольно, немного притормаживая, чтобы не попасть в очередную зону камер слежения. — У многих еще свежи в памяти последствия твоего прошлого появления, — я лишь картинно закатила глаза, взглядом намекая, что мы задержались. Но Арина, будто, не обратила на это внимания, тихонько шепнув, — а кое-кто не может простить тебе появления в ресторане в компании четверых шикарных мужиков…

— Э-э… в каком рестор…, — я даже приостановилась, растерянно смотря на довольное лицо Аринки, которая мне еще и подмигнула. — Да быть не может, чтобы он…

— Может, — снова кивнула она, потянув меня в сторону служебных лифтов. Выбрала третий от фойе и зашла в него. Неужели, ничего не изменилось за то время, что я отсутствовала? — удивленно посмотрела на Арину. — Звука по-прежнему нет, но запись идет. Просто не поднимай голову и не смотрись в зеркало, — шепнула мне эта… конспираторша. Я кивнула, давая понять, что услышала ее предупреждение. Арина встала так, чтобы спиной загородить меня от большого зеркала во всю стену, и поведала с улыбкой, — ты не представляешь, каким было его лицо утром. Тут весь офис гудел, как потревоженный улей, глядя на светящийся под глазом зама Сокольского «фонарь».