Ваня поджимает губы, глядя на мои волосы. Знаю, он их так любил! Прекрасно помню, как зарывался в них пальцами и перебирал пряди.

Я отрываюсь от стены, руки слабеют, а молитвенник падает на пол. Сорвавшись с места, лечу в объятия к своему мужчине. Встав на носочки, обвиваю его шею и целую щёки. Теплые объятия, любимый запах самого лучшего на свете мужчины. И такое тепло меня окутывает… такой невероятной силы!

— Ванечка, Ваня. Боже мой, это ты! Я думала, что мне конец! Веришь? Думала, что мы никогда больше не увидимся!

— Тш-ш, тихо, Саш. Тихо, моя девочка, — ласково приговаривает Ваня, поглаживая меня по спине и целуя в висок. — Я здесь. С тобой. Навсегда.

Меня прорывает от эмоций. Жгучие слёзы начинают катиться по щекам. Он такой хороший. Такой искренний и чуткий. Мой.

— Я так люблю тебя… Ваня, если бы ты знал, как я люблю тебя!

— И я тебя люблю, Саш. Безумно. Думал с ума сойду, пока тебя не было.

Я шмыгаю носом и крепче обнимаю Ваню. Надеюсь, я не сошла с ума в заточении и это действительно он. Мой родной.

— Поедем домой? — спрашивает меня Северов.

Кивнув, с трудом отрываюсь от него. И лишь потому, что в этом доме мне находиться не хочется. Стараясь не смотреть по сторонам, я иду к выходу, но боковым взглядом замечаю разруху и хаос, а ещё много мужчин в форме. Перед выходом Ваня накидывает на меня свою куртку.

На улице светает. Мы идём к автомобилю, держась за руки. Переплетаем наши пальцы.

Автомобиль стоит за воротами. Рядом с ним Дмитрий Олегович. Он сочувствующе на меня смотрит и открывает заднюю дверцу. В салоне тепло и даже очень. Я чувствую смертельную усталость, поэтому мгновенно выключаюсь, почувствовав себя в безопасности. Последнее, что я слышу, прежде чем крепко уснуть:

— Признаю свою неправоту, Иван Степанович.

Открываю глаза, когда на улице уже светло. Непонимающе тру глаза, сажусь на сидении. Ваня за рулём и всё это время ждал, пока я проснусь.

Он слабо улыбается, увидев меня в зеркале заднего вида.

— Иди ко мне, — прошу его.

Северов быстро перебирается назад, обнимает меня. Приподняв мой подбородок, жадно набрасывается на мои губы. Так что дух захватывает и пальцы ног поджимаются. Мы трогаем друг друга и ласкаем. Каждое прикосновение вызывает мурашки по телу и лёгкий электрический импульс. С ним всегда так и по-другому быть не может.

— Люблю тебя… — шепчу отрывисто.

— Ещё раз повтори, — просит Иван, расстёгивая куртку и сжимая мою грудь. — Ещё, Сашка.

— Люблю, люблю, люблю.