Светлый фон

— Прямо как ты, Дашка.

Дашка хотела повозмущаться, но ей помешали. Перед ее носом перестроился лихой водитель. Дашка едва успела затормозить и выругалась.

— Дашка, ты толкаешься в пробке? Я тоже…

Даша засмеялась. Они болтали всю дорогу, пока она тащилась до дома.

 

На следующий день Генрих приехал. Обычно он старался не приезжать, когда мальчишек не было дома. Во время их отсутствия ему очень сложно было держать себя в рамках приличия. Но сегодня в этих рамках этого чертово приличия он находиться не хотел. Он просто хотел Дашку… Он устал терпеть и ждать… В отличии от брата, Генрих не мог договориться со своим телом, а оно бунтовало и не могло быть спокойным даже при мысли о ней. Другие перестали для него существовать. Вернее, женщины были, но полного удовлетворения не было.

Дашка обещала подумать и ответить в конце лета. Сейчас Генрих собирался к родителям. Он хотел точно знать ответ Дарьяны…

По дороге заскочил, купил букет роз. Точно знал, Дашка любит бордовые, именно такие дарил ей Герман. Он будет дарить только белые. «Придется тебе, Дашка, к этому привыкнуть», — подумал он.

— Привет, мой Ангел, — он нежно дотронулся губами до ее щеки.

— Привет, мой Демон, — посмеялась в ответ Дарья. — С чего это я Ангелом стала.

— Мне так сегодня захотелось. Как мальчишки? Добрались до пункта назначения?

— Добрались. Ромка уже все рассказал бабушке. Мама звонила и читала нравоучения.

— Маму нужно слушать. Мама плохого не посоветует, — посмеялся в ответ Генрих.

 

Из дневника:

Из дневника:

«Ну, вот. Разговор состоялся… Тяжелый разговор… Думала, обидится и уедет, а он остался, но обиделся, хотя виду не подает.

«Ну, вот. Разговор состоялся… Тяжелый разговор… Думала, обидится и уедет, а он остался, но обиделся, хотя виду не подает.

На душе пустота. Мне казалось, что это будет правильно. Теперь сомневаюсь…

На душе пустота. Мне казалось, что это будет правильно. Теперь сомневаюсь…