Возмущенно срываюсь на бег, отдавая предпочтение длинной лестнице, вместо полупрозрачных лифтов в медицинском центре.
Как я могла купится на этот трюк. Все болезненное, что я так старательно утрамбовывала поглубже, вдруг начало вырываться наружу.
Хлестко, едко просачивается, нагнетая невыразимые комбинации ощущений. Хочется завизжать или расплакаться. А ведь мне казалось, что я научилась держать равновесие.
Работа отнимает все мои силы, время и по возможности мысли. Страничка плавно переворачивается, закрывая ту часть, которая ранит больше всего. Убивает медленно и мучительно.
Нас с Дамиром не было.
Чем чаще себе это повторять, тем быстрее поверишь. Хуже всего по ночам, корчась от невыносимой тоски, так трудно отыскать стимул, продолжать двигаться дальше. Хотя бы рефлекторно. Просыпаться в холодном поту, а со временем и вовсе перестать спать. Сны мое нескончаемое пекло. Всегда в огне. Всегда в боли.
Через три пролета все же немного успокаиваюсь, ровняю шаг и мимо ресепшена, почти невозмутимо, плыву, поправляя сбившийся кверху джемпер в крупную клетку. Закидываю длинный ремешок сумки на плечо, уже дохожу до коврика с надписью «Вам здесь всегда рады», когда затылком слышу:
— Ева Викторовна, вас записывать на следующую неделю? — сначала, хочу отказаться, но подумав, все-таки соглашаюсь и добавляю десятку к рейтингу Ардена.
Вывел же сволочь на эмоции. Не зря его рекомендуют, как специалиста с самым нетривиальным подходом. Шоковая терапия на практике. И как я не догадалась.
Натянув серую шапку, роюсь в черной дыре своей сумки — бродяги, в поисках ключей от машины.
Да блин где они?
Топчусь на тротуаре, уже ощутимо нервничая. Сквозняк гуляет по загривку в просвет между шарфом и воротником. Ежусь, пальцы начинают подстывать. Тут еще и на телефон приходит сообщение в рабочий чат, с неизвестного номера.
Читаю название поселка за городом. Ну уж нет. Острых ощущений мне до конца жизни хватит.