– Кто?
– Кто?
– Серж, не притворяйся, будто не понимаешь, о ком спрашиваю. Мика. Чего она хотела?
– Серж, не притворяйся, будто не понимаешь, о ком спрашиваю. Мика. Чего она хотела?
– Догадайся сама.
– Догадайся сама.
– Маленькая шлюха, – беззлобно отмечает Адетт, – дрянь похотливая, вся в папочку. А еще чего?
– Маленькая шлюха, – беззлобно отмечает Адетт, – дрянь похотливая, вся в папочку. А еще чего?
– Тебе мало?
– Тебе мало?
Ее спокойный, даже равнодушный тон, разочаровывает. В голосе нет ни ревности, ни раздражения, ничего. Адетт хорошо научилась скрывать чувства.
Ее спокойный, даже равнодушный тон, разочаровывает. В голосе нет ни ревности, ни раздражения, ничего. Адетт хорошо научилась скрывать чувства.
Да и остались ли они, чувства?
Да и остались ли они, чувства?
– Серж, милый Серж, неужели думаешь, что Мика в восторге от твоих мужских качеств? Не надо обольщаться. – Адетт ласково треплет по щеке, у нее рука холодная, но кровь все равно загорается. Больно. Приятно. Адетт умеет сочетать одно с другим. Адетт многое умеет.
– Серж, милый Серж, неужели думаешь, что Мика в восторге от твоих мужских качеств? Не надо обольщаться. – Адетт ласково треплет по щеке, у нее рука холодная, но кровь все равно загорается. Больно. Приятно. Адетт умеет сочетать одно с другим. Адетт многое умеет.
– Мика пользуется тобой, а ты и рад, глупенький. Хотела узнать про завещание?
– Мика пользуется тобой, а ты и рад, глупенький. Хотела узнать про завещание?
– Да.
– Да.