Алан болел, Адетт тратила его деньги, Мика жаловалась, но слушать жалобы было не интересно, гораздо интереснее беседовать с Адетт. ТОЙ САМОЙ Адетт, КОТОРАЯ ОТРАВИЛА СОБСТВЕННОГО МУЖА!

И Сержу досталось, он ведь брат, человек, кровными узами связанный со знаменитой Адетт. Наверняка, он знает многое, но молчит. Хранит тайну?

Хранит. Серж хранил много тайн, и порой они весьма тяготили душу. Но не в этот раз, сейчас он наслаждался, наблюдая за страданиями человека, который осмелился посягнуть на Адетт. Его Адетт, его Адочку, его любовь и его проклятье.

Серж добровольно проводил у постели больного часы, чем снискал славу почти святого, помогал сиделкам кормить и купать Алана, читал ему вслух и постоянно, каждую минуту, каждую секунду, наслаждался. Серж и не предполагал, что месть может быть такой непередаваемо сладкой.

Сегодня Алан спал благословенным опиумным сном, в который не продраться боли, а Серж привычно дежурил у постели страдальца, гадая, сколько еще тот протянет. Адетт снова удалось, когда она предложила… поучаствовать, Серж согласился. Не из-за ненависти к старику Демпье, а из-за любви Адетт, он хотел попасть в этот дом, где жила она, хотел видеть ее каждое утро за завтраком, и каждый вечер за ужином, хотел разговаривать, хотел печалится и радоваться вместе с ней. Хотел ее. Чтобы как раньше. Только двое, только страсть, только ночь и ничего больше…