Светлый фон
Пожалуй, именно непонимание тяготило Сержа, и еще неуклюжая, раздражающая забота, которой окружала супруга Стефания. Она изо всех сил старалась быть идеальной женой, интересовалась делами, расспрашивала о родственниках, пыталась строить планы на будущее, и даже не настаивала на поездке в Петроград. Только вот разговоры стояли поперек горла. Стоило Стефании открыть рот, и у Сержа моментально начинала болеть голова.

Еще матушка со своими советами, вечно лезет, куда не просят, Стефанию защищает, на Сержа давит, чтобы к жене относился с почтением и любовью, не понимая, что любви в нем больше не осталось.

Еще матушка со своими советами, вечно лезет, куда не просят, Стефанию защищает, на Сержа давит, чтобы к жене относился с почтением и любовью, не понимая, что любви в нем больше не осталось.

Ада исчезла.

Ада исчезла.

Гордая, глупая Ада сбежала, не желая становится любовницей. Она сбежала, а он мучится от боли и ненависти. Каково это каждый день видеть лицо жены, слышать ее голос и понимать, что с этой некрасивой, глуповатой, раздражающей самим фактом своего существования женщиной предстоит прожить целую жизнь.

Гордая, глупая Ада сбежала, не желая становится любовницей. Она сбежала, а он мучится от боли и ненависти. Каково это каждый день видеть лицо жены, слышать ее голос и понимать, что с этой некрасивой, глуповатой, раздражающей самим фактом своего существования женщиной предстоит прожить целую жизнь.

Лучше бы он умер от той пули. Слава богу, на исполнении супружеского долга супруга не настаивала. В постели Стефания была столь же скучна и невыразительна, как и вне ее. Господи, где были его глаза, где был его разум, когда он соглашался на эту свадьбу?

Лучше бы он умер от той пули. Слава богу, на исполнении супружеского долга супруга не настаивала. В постели Стефания была столь же скучна и невыразительна, как и вне ее. Господи, где были его глаза, где был его разум, когда он соглашался на эту свадьбу?

И сон вернулся, снова грязный окоп, дождь и влажные комки земли, липнущие к ткани мундира, запах крови, пороха и человеческого страха, одноногий солдат, отказывающий признать в Серже офицера.

И сон вернулся, снова грязный окоп, дождь и влажные комки земли, липнущие к ткани мундира, запах крови, пороха и человеческого страха, одноногий солдат, отказывающий признать в Серже офицера.

Солдат желал идти в атаку, а Серж боялся, ведь, если его убьют, он никогда не встретится с Адой, а ему очень нужно увидеть ее. Волосы-солнце, глаза-незабудки и ласковые руки, которые нежностью своей защитят ото всех кошмаров сразу.