Его оптимизм мне не понравился, а идея, что в доме Аронова безопасно, показалась надуманной. Конечно, если убийца – Аронов, то совершать преступление в собственном доме он не станет, ведь это привлечет к его особе ненужное внимание. Но если это не Аронов, если убийце плевать на внимание, тогда что?

– Сегодня я буду тут, и ночевать тоже. Никуша считает, что такого алкоголика, как я, нужно спрятать, а то еще сболтну прессе что-нибудь не то. Завтра, конечно, придется ехать вместе с этой дурой… Не понимаю, на что они с Лехиным надеются, за километр же видно, что она – это не ты. Подделка, к тому же грубая. Ненавижу вранье. Короче, пару часов без меня ты уж как-нибудь продержишься, а там видно будет.

– Спасибо тебе.

– Да не за что. – Иван поцеловал меня в макушку. – Все, девочка, я пошел к Аронову, а ты отдыхай. И плакать не надо, оно того не стоит.

Может, и не стоит, но я все равно поревела от души, даже Эльвира, принесшая ужин, обеспокоилась и предложила валерьянки. Кроме нее и Шерева, который заглядывал каждый час, больше никому не было до меня дела.

И наступила ночь – беспокойная темнота, наполненная незнакомыми звуками и мятыми сновидениями – а за ней утро, день и, наконец, вечер. Я даже нашла в себе силы спуститься вниз: должна же я увидеть ту, что отобрала маску.

– Ксана пришла пожелать удачи? – Изумился Аронов. – Не волнуйся, девочка, все получится, никто ни о чем не узнает.

Интересно, кому были адресованы эти слова, мне или Лисс? До чего же неприятно видеть свою маску на чужом лице, траурное платье – черное кружево на белом атласе и скорбные слезы речного жемчуга – смотрится великолепно, будто сшито специально для нее. Хотя платье мое, я мерила его когда-то, атлас скользкий, а кружево, там, где ему удается коснуться кожи, колючее, еще к платью прилагаются неудобные перчатки и белые шелковые туфельки…

К горлу снова подобрался тугой комок из слез.

– Ну, пожелай нам удачи, – попросил Ник-Ник.

Я только махнула рукой. Они вышли, такие уверенные, красивые, а Иван, обернувшись на пороге, тихо произнес:

– Ничего не бойся, я скоро вернусь.

Дневник одного безумца.

Все, назад дороги нет, я видел газеты – в кои-то веки в них правда, а значит, время пришло. Я еще не знаю, когда: сегодня или завтра, но знаю, что скоро. Я успею, Августа.

Я придумал красивую смерть, чтобы помнили, чтобы никто не усомнился, что убийца – Арамис. Маша желает убрать и его, и скорее всего убьет, в ее теле живут демоны разрушения, но мне все равно. Главное, уничтожить его имя, саму память о нем. Я хочу, чтобы каждый человек в этой стране узнал правду. Арамис – убийца.