– Может, и проклял! – вставила Озора. Она сидела у печи, где томился горшочек с настоем нивянки – промывать раны от ожогов, – и держала на коленях годовалого ребенка. – Ты подумай-ка, братец мой – не тебя ли проклял кто? Не было ли у тебя раздора с какими знающими людьми, а? Такими, что могли нас всех своим словом сильным погубить!

– Ха! – Хастен явно понял свою жену быстрее, чем Ярдар.

Ярдар в недоумении взглянул на Хельва, потом на Стояна.

– Озорка, ты чего несешь? Я, что ли, проклят? Кем, когда?

Сообразив, что эта болтовня может быть очень опасна, что родная сестра его самого пытается выставить виноватым, чтобы отвести грозу от мужа, Ярдар встал и шагнул к сестре:

– Что ты знаешь такого?

– Я знаю! – Озора положила дитя на лавку и встала, упирая руки в бока. – Да все знают! Весь Тарханов знает, а то и поболее! Ты, как жену молодую привел, от радости все позабыл. Огневиду-то помнишь? Дочь ее Заранку? Как ее хазары сюда притащили, сказали, оборотень? А она потом из шатра Азарова исчезла, и никто не видел как? Как ты потом им двор сжег? Думаешь, они тебя добром поминают?

У Ярдара вытянулось лицо.

– Прокляли они тебя, а мы через тебя все пропадем! – нанесла последний удар Озора.

Ярдар не отвечал. К его счастью, сестра не знала всего, что знал он о тех летних днях. Он и в самом деле совершенно позабыл про Заранку и приключения вокруг нее. Все это теперь казалось таким далеким! Но теперь он вспомнил. Как ездил к Огневиде просить удачи, как Заранка обещала соткать для него обережный поясок, а взамен предложила взять ее в жены… Потому он и обвинил было ее в порче Уневы на свадьбе – думал, лесная девка приревновала к княжеской дочери, которую он предпочел.

Поясок… удача, что летела в небе и ждала счастливого ловца… Сейчас он вспомнил все, что заслонили было бурные дальнейшие события. Заранка так и не отдала ему тот поясок. Куда девала? Да все равно – счастья в нем уже нет.

Но он же хотел. Он же пытался ее спасти. Как дурак последний, при всех предложил взять ее в жены. Хороша была бы ему жена! Себя не пожалел. Но Азар не отдал, хотел забрать себе… вышло у него что или нет – никто не ведал. Надо думать, вышло, оттого Азар сложил голову где-то в снегу под Ратиславлем. А он, Ярдар, все же вернулся живым…

Но проклятье… Сгоревший двор… С ужасом Ярдар понимал, что Озора-то права. Ни того летнего вечера, когда Заранку после лова оставили в шатре тархана, ни гибели родного ее дома молодая ведуница не простила ему. Проклятье висело над ним, как черная туча, с самого лета, уже полгода. И оттого все пошло не так. Оттого поход обернулся разгромом.