На самом деле не планирую спать. Хочу лишь вернуть себе самообладание. Однако сон затягивает неожиданно. Дарина начинает сопеть, не выпуская изо рта грудь. Я наблюдаю за ней, поглаживая кончиками пальцев по шелковистым волосикам на головке и в какой-то момент попросту отрубаюсь.
Просыпаюсь в тот момент, когда Даня забирает дочь, чтобы положить ее в кроватку. Резко сажусь, прячу грудь, поправляю волосы… Сталкиваюсь с мужем взглядами.
Он то ли зол, то ли расстроен. Трудно отличить первое от второго. Словно все вместе.
Давно между нами не летали молнии.
– Это что-то гормональное? У тебя истерика?
Никак не могу поймать интонаций. Не понимаю, как он отреагирует, если я признаю, в чем суть проблемы.
Я не знаю, что ему сказать. Вот просто не знаю!
Поэтому палю в ответ то, из-за чего внутри меня случился дисбаланс.
– Ты больше не хочешь со мной секса? Я изменилась?
Даню так удивляет этот вопрос, что мне сходу нестерпимо стыдно становится. Пока я краснею, ощущая себя физически нездоровой, он зачем-то сдергивает меня с кровати и несет в ванную.
Свет не включаем. А того дневного, что проникает в помещение из потолочного окна, не сразу достаточно, чтобы разглядеть что-то в глазах друг друга.
– Ты сейчас серьезно? – выдыхает Даня тяжело и хрипло. Прижимает меня, шатаясь. Кажется, будто танцуем, хоть это и не танцы, конечно. Дезориентированы эмоционально. – Похоть никуда не делась, Марин. Ты же не вчерашняя целка, сама все чувствуешь!
Да, не целка, конечно… Чувствую! Но факт в том, что мы не спим!
– Почему тогда мы до сих пор не срываем друг с друга одежду? – почти нападаю я.
Как раньше… Я и хочу, как раньше!
Даня впивается пальцами в мои ягодицы. Стискивает до боли жадно. Вжимает в себя, тараня между ног каменным членом и заставляя задыхаться.