— У нас тихое, красивое место, — объяснил историк. — Разве иногда морячки шалят после рейса. Смотрите, не меняйте у них деньги. Чёрт их знает, ещё всучат что-нибудь, да и пьют много. А так — рекомендую от чистого сердца. Хозяин гостиницы наш старый знакомый. Вам будет у него хорошо.

И он был прав, только девушка едва ли что вокруг замечала. Она встречалась с Сеппом, ездила в солидный таллинский архив, сидела в местном, фотографировала, копировала документы. И писала, писала, писала — то в толстой тетради, то на своём нотбуке, который она с собой таскать не любила. А потому заботливо запирала, если уезжала, в сейфе с номерным замком. Незаметно пролетела неделя, побежала вторая — от Карпа не было ни слуху ни духу. Серафима совсем перестала спать. Она не хотела навязываться — ни боже мой, но… она больше не могла, ну не могла и точка!

— Я позвоню, но не ему, вот и все! Давно надо бы догадаться. Она мне всё объяснит. В конце концов, как раз Евгения Семёновна… Да, именно так! — решила вконец отчаявшаяся девушка.

Следовало только обдумать, когда и как. Чтобы страшно замотанная Женя могла с ней поговорить, чтобы она сама была в состоянии сказать, что хотела, чтоб связь…

«Это тоже важно — связь! По мобильному часто плохо слышно. Лучше воспользоваться нормальным телефоном. А где? К Сеппу пойти? А вдруг его домашним срочно понадобится позвонить? Я ведь второй раз никогда не решусь. Но не на почту же отправляться… Тут должна быть совсем другая обстановка.»

Она ещё подумала и решила обратиться к хозяину — лысому, как биллиардный шар бывшему помощнику капитана торгового флота, которого все называли просто Петер.

— Не беспокойтесь, идите в мой кабинет, — ответил хозяин, в ответ на нерешительную просьбу своей постоялицы и заверение, что он охотно заплатит за разговор. — Если получу счёт за разговоры с Австралией, то, делать нечего, к Вашему припишу, а если ближе…

На что та совершенно серьёзно запротестовала:

— Ну что Вы, мне в Москву, я просто хочу, чтобы без помех. — Петер засмеялся, подтолкнул Неделько к лакированной чёрной двери и, со словами, вам здесь никто не помешает — вернулся к своим обязанностям.

В кабинете было прохладно. На большом столе стояла красивая модель парусной яхты и современный беспроводной телефон. Сима села в кресло и с замирающим сердцем набрала номер.

Феликс Лопатин сидел у Жени в кабинете. Ему надо было обсудить смету для своих надобностей. Он записался на приём, а Безрук — воплощённая пунктуальность — опоздала. Она распорядилась, и его впустили в святая святых, вот он и ждал.