— Ну вот, ты довольна? Кларина идея была сделать что-нибудь для детей. Рядом будет игровая площадка. А Сима решила завести ещё живность и, уж не знаю, как дети, а взрослые…

— В моём лице, — перебила его Женька, — визжат от восторга. Ну, я не ожидала. Спасибо, Пуша. А теперь слушай, я отдохнула.

Она рассказала, как всегда, лаконично, ясно и кратко, что сведения Лопатина подтвердились. В Германии происходили кражи из музеев. Похищенные вещи перенаправлялись в Россию. Особенность была такая — никто не пытался занижать их стоимость, чтобы, скажем, уменьшить таможеный сбор. Но меняли, по мере возможности, название, происхождение и время изготовления. И акварель называли пастелью, пудренницу — коробочкой для румян, молитвенник — сборником псалмов. Это помогало отвести глаза. Экспонаты не отличались особой ценностью и стариной, поэтому таможня особенно не придиралась. Всё, будто, было куплено на аукционах антиквариата и оформлено, как надлежит. Вещи предназначались Карпу для «Коллекции Королевы» и, самое неприятное, добывались по спискам Серафимы. Она же через некоего Кренце договаривалась о цене и расплачивалась за доставку.

— Да, Лопатин не исключает, что это не случайно, что Сима обо всём знала и имела свой интерес. Да, Николай Палыч Дедко к Неделько относится в целом хорошо, однако… он вообще добра ни от кого не ждёт.

— Слушай, милый, они люди как люди, но со своими устоявшимися взглядами. Предубеждение, конечно, есть! Что делать, у них свои особенности, а у тебя свои! — вздохнула она.

Карп, всегда потенциально готовый получить с этой стороны удар, недолго думая, ответил.

— Жень, не согласен! Ты знаешь, я трезвый человек. Но независимый. Я не хочу, не стану держать людей, которые… Да, думают они, мой шеф дерьмо, но мне нужны деньги, и я терплю! Пусть зарабатывают где-нибудь ещё! Катятся к чертям собачьим, я… — Карп рычал. Голос его сорвался, он сжал зубы и судорожно глотнул. — Ты знаешь, я просто человек. Я понимаю… Ох, я понимаю, конечно, всё бывает. Сима в последнее время какая-то странная. Следует разобраться…

— Пуша, остынь. Мою позицию ты знаешь, а я, как никак, «БЖ».

— ???

— БЖ — это бывшая жена.

— Ты брось, ты не БЖ, а ЛД, или лучше — ДБД.

— Так, это что?

— Лучший Друг и Друг Без Дураков! — расшифровал Карп и взял в свои её загорелую руку.

— Спасибо, Пуша. Но я ещё была — «АХ». Погоди, ты не разгоняйся. Я совершенно уверена в Симе, а ты, если разгонишься, и её разнесёшь вдребезги, и себя. Давай возьмём паузу, и я буду действовать дальше. А её пошлём в командировку в Эстонию, она давно собиралась, и виза готова. Там дело идёт об истории семьи, не о покупках.