— Это же у тебя мания поскорее заняться пошлыми делами, — обвинительно сказала колючка, поднимаясь.

Потрахаться она называет «заняться пошлыми делами». Так умилительно, что на лице сразу появилась хитрая ухмылка.

— Мания? Еще скажи, что ты меня не хочешь, Ливия, и вчера не лезла при маме, — подколол ее, делая акцент на фразе «при маме» и пристально следя, как девушка сразу покраснела и отвела глаза.

— Я выпила, и это… это не считается! — она хмуро посмотрела на меня и затем на заходящее под воду солнце.

— Ну да, ну да, и то, что ночью бормотала «Я хочу тебя» тоже? — гортанно рассмеялся с ее распахнутых глаз и получил удар в плечо.

— Не ври! — Ливия стремительно шагала обратно, я шел сзади, любуясь ее задницей и ржал, рядом лаял и подпрыгивал бордер-коли.

— Ты это еще так сексуально произносила, что мне захотелось управлять твоей погодой и изменить ее раньше времени, — прикалывался над колючкой.

— Заткнись! Не было такого! Если я говорила подобное во сне, значит, хотела тебя прикончить! — оборонялась она, тыкая средний палец не разворачиваясь.

Не было… Она сказала другое слово. Я лежал и думал только о том, чтобы Ливии не пришлось испытать все оттенки моей больной эгоистичной натуры. Но уже поздно — она в ловушке.

Глава 42. 200 метров до смерти

Глава 42. 200 метров до смерти

Я в состоянии войны со всем миром, который пытается затащить меня во тьму. Я борюсь, чтобы найти свою веру, и постепенно выскальзываю из твоих объятий… Просыпаюсь, просыпаюсь… В темноте я чувствую тебя во сне… В твоих объятиях я чувствую, как ты вдыхаешь в меня жизнь… Никогда не выпускай из рук это сердце, которое я вручу тебе… Я буду жить ради тебя вечно, но в другом мире.

Оззи