— Ты сейчас упрямишься, но делаешь это совершенно зря.

— Есть причины, что ты не хочешь это имя? Так назови их, и мы вместе придумаем, как сделать так, чтобы эти причины не казались тебе настолько ужасными. Но кое-что неизменным останется! — заявила я, сложив руки под грудью. — Имя моей дочери — Есения, и никакое другое.

— Ты даже не дала мне выбора.

Я закинула свою сумочку на плечо и посмотрела на Марселя.

— Ты тоже мне выбора не оставил, У тебя есть время подумать, принимаешь ты имя моей дочери или нет!

— Нашей дочери, — возразил Марсель.

— Извини, но ты ведешь себя так, словно это не наша дочь, а просто моя прихоть какая-то.

— Назвать дочку таким именем старинным и есть твоя прихоть.

— Пусть так, моя — значит, только моя.

Я направилась к двери, меня буквально трясло.

Какой эгоист Марсель… Ничего не изменилось.

Думает только о себе, считая, что весь мир крутится только вокруг него.

* * *

— Лен, ты меня слышишь?

Мама потрясла меня за рукав. Я улыбнулась ей, смахнула невольные слезы.

— Да-да, слышу.

— Говорю, было бы неплохо с твоим красавчиком попрощаться.

— Не стоит, ма. У него сегодня сложные процедуры… Это надолго.

— Как знаешь, тогда сумки еще раз проверю, чтобы ничего не забыть, и поедем.

— Меня подождете? — внезапно сказала я.