По ее коже будто мелкий наждак прошелся. Помимо воли вздрогнула.

– Привет.

Сухо. Без эмоций. Как обычно, в последнее время.

Только внутри Стаси заструилась жгучая энергия. Запульсировали все оставленные Аравиным раны.

Не понимала, почему Егор продолжал настаивать на их встречах. Многословными или содержательными эти саммиты явно не назовешь. Могли все негласно отведенное им время просто молча простоять рядом.

– Как дела? – пошел по знакомому сценарию Аравин.

– Нормально, – в тон ему ответила девушка.

Чистейшая ложь. Внутри Стаси, между физическими плотью и кровью, плелась прочная дребезжащая лоза из сокровенных чувственных переживаний. Сладкова хладнокровно молчала. Но в действительности ее любовь не имела ничего общего с равновесием. Это чувство заставляло душу Стаси то задыхаться от жесткой нехватки эмоций, то гореть от сумасшедшего переизбытка.

Сладкова не имела права поддаваться желаниям и зацикливаться на глупых ожиданиях. Все ее силы уходили на отчаянную фальсификацию душевных составляющих. Вынужденную имитацию жизни.

Повисла первая пауза.

Как бы Сладкова ни старалась владеть собой, от внимания Аравина крайне редко укрывались ее эмоции. Стоило ему только подойти к девушке, ее щеки моментально розовели, а дыхание учащалось. Егору это нравилось. Нравилось ощущение ее беззащитности перед ним. Это было неправильно. Это было необоснованно. Это было абсурдно! Ведь он стремился к тому, чтобы Стася стала сильной. Только точно так же, как Стася хотела быть его слабостью, он желал быть ее изъяном. Каждый раз, сохраняя условленную дистанцию, Аравин предвкушал то мгновение, когда получит ее обратно. И ему было совершенно наплевать, что потребуется для этого сделать.

Стася ослепляла его. Она порождала внутри него безграничные, болезненные, пугающие чувства. Поначалу его это лишь отталкивало. Но сейчас – нет. С недавних пор он буквально жил этими мгновениями.

Сладкова не поворачивалась. Запрещала себе смотреть на стоящего рядом мужчину. Взгляд исключительно перед собой. Она должна была избегать любого зрительного контакта. И без того сердце сходило с ума.

– Чем занимаешься? – этот вопрос на самом деле не имел никакого смысла. Благодаря Грише Аравин круглосуточно детально проинформирован.

Периферическим зрением Стася уловила, как Егор развернулся и присел на металлическое ограждение. Мало того, что ей стало сложнее игнорировать его взгляд. Мало… Ветерок качнулся со стороны Аравина в ее сторону. И ноздри, уловив запах его парфюма, раздуваясь, жадно захватывали воздух. Ей хотелось застонать. А потом просто закрыть глаза и дышать. Дышать. Дышать.