– Принцесса на горошинах, – озвучила она вслух, но затем улыбка сползла с её губ. – Нет, всё-таки это ужасно. Даже не представляю, через что прошли женщины, уличённые в колдовстве. Ноги закованы, руки закованы, – она вложила запястья в кольца на подлокотниках, – а про шипы и говорить нечего. Бр-р-р.

Тряхнув головой, сбрасывая с себя ребячество и жуткие образы корчащихся в агонии дев, Женя решительно поднялась, но её что-то удержало за руку, и она рухнула обратно.

– Что за дела?!

Она дёргала кистью и так и сяк, стискивала пальцы, пытаясь просунуть ладонь сквозь узкое кольцо намертво сомкнувшейся оковы правого подлокотника – но всё было тщетно.

– Да чтоб тебя!

Спустившись на пол,  извернувшись лицом к трону и согнувшись едва ли не пополам она свободной рукой судорожно крутила винтики и болтики запорного механизма.

Когда в коридоре послышались голоса, Женя хотела было позвать на помощь, но тут же плотно сомкнула губы, опознав говорившего. Что скажет непосредственный начальник, застань он её в такой позе?

«Я должна оберегать экспонаты, а не портить их. Это и в трудовом договоре написано. Кажется, там были даже штрафы!» – она мысленно застонала и взмолилась: – «Пройди мимо, здесь никого нет, пройди мимо».

– О, свет горит… Эжени, лисичка моя, ты ещё не ушла? – крикнул от дверей Фабрис.

«Угу, в капкан попала».

– Уже ухожу, – ответила она, не оборачиваясь и закрывая собой подлокотник. –  Один из посетителей был не аккуратен… Я уже почти поправила.

– Помощь нужна? – а вот от этого голоса тут же вспыхнули щёки.

«Господи, он тоже здесь?!»

– Нет, не нужна. Всё в порядке.

– Как знаешь.

– Так вот, Эду, насчёт сметы по устройству полов в доме барона. Пришлось немного увеличить расходы на дополнительные опоры под балки, – звук речи мсье де Гиза постепенно удалялся. – Подрядчик тебе лучше объяснит про все эти стаканы фундаментов…