Самый очевидный ответ сладко и маняще лежал на поверхности, блестел, как наливное яблоко румяным боком, но Женя даже не осмеливалась взглянуть в его сторону.

«Для Эдуара это игра, развлечение, удобство быть может. Но я-то! Я не могу так! Не могу ведь?..»

В душе творился невообразимый раздрай. Разум и логика возмущённо протестовали, а сердце отчаянно мечтало сорваться в пропасть, хоть сама Женя не решилась бы признаться в этом даже самой себе. Пытка продолжалась – и никаких тронов с шипами не надо.

Светильники-факелы, освещавшие путь в хозяйской башне, больше не пугали своим оригинальным дизайном. Кажется, целую вечность назад Женя впервые поднялась по этой лестнице в сопровождении Люка. Тогда сердце заполошно трепыхалось от одной только ассоциации с настоящим огнём. Теперь же эти переживания растворились под натиском более реальных и более сложных, имя которым Эдуар Роше.

Идея залезть в ванну и утопиться казалась не такой уж и глупой: так хоть раз – и нет проблем. Женя вздохнула, скинула у порога босоножки и прошла в комнату, намереваясь если уж не топиться, то для начала просто отмокнуть. Дядя Костя утверждал, что тёплая ванна восстанавливает энергетические потоки и очень успокаивает, так как напоминает о том времени, когда человек находился в утробе матери.

«Вот Клеопатра, например, любила ванны из ослиного молока. Молока у меня, конечно, нет, но есть соль с экстрактом ва…»

Все мысли разом вылетели из головы, вытесненные развернувшейся перед Женей картиной.

На ближайшей из подушек, будто в обрамлении белоснежного савана, лежали рядком шесть мышиных трупиков. Сиренево-синий букет лаванды, вышитый на наволочке, словно провожал их в последний путь.

Здесь обитают призраки

Здесь обитают призраки

Люк, которого Женя минуту назад буквально выволокла с ресепшн,  в своём траурном костюме гармонично вписался в жутковатый антураж.

«Если он сейчас затянет отпевание, я точно рухну в обморок».