С трудом оторвавшись от её губ, Эдуар тяжело выдохнул и прошептал:
– В этот раз я никуда не уйду, даже не надейся…
Это вернуло Женю к реальности, и она дёрнулась в его объятьях.
– Мой оленёнок, – он снова склонился и несильно прикусил её нижнюю губу. – Вот ты и попалась в лапы страшного волка!
Его горячий шёпот мурашками струился по коже, будоража каждую клеточку.
– Эдуар…
Она чуть слышно охнула, когда он подхватил её на руки.
– Эду…ар…
Он осторожно уложил её на кровать, нависнув сверху, заключив в клетку собственных рук. Женя напряжённо распахнула глаза, вглядываясь в его лицо, но не сопротивляясь ласковым движениям. Чувствовала, как её тело горит в тех местах, где Эдуар прижался к ней, и несмотря на тревогу, у неё перед глазами всё плыло от предвкушения чего-то прекрасного.
– Эду, я… У меня никогда… – она отвела глаза, а по щекам расползалось пламя стыдливого румянца.
Мужчина удивлённо приподнялся на локтях и окинул её изучающим взглядом.
– Эжени, извини за прямоту, но… ты девственница?
Женя сжалась и зажмурилась, как будто это могло скрыть её от мсье Роше. Ей было слышно, как он тихо хмыкнул, но затем сразу же нежно поцеловал её в уголок рта.
– Не бойся, я не сделаю ничего, если ты против.
– Я не против! – выпалила Женя, распахнув глаза. Она вцепилась пальцами в его плечи, удерживая на месте. – То есть… я…
От обрушившейся неловкости она вновь зажмурилась.
– Ты прекрасна, Эжени, – прошептал он ей на ухо, обдавая кожу жарким дыханием. – Просто расслабься, не закрывайся от меня.
Невесомая дорожка поцелуев очертила изгиб её шеи и спустилась ниже, к ямочке между ключицами, а потом сменилась влажным прикосновением языка. Ощущения, до этой минуты неведомые, накрывали дрожью и страха, и желания.