Я с отвращением посмотрела на папку, словно на сидящую на постели крысу.

– А это досье на нас, которое ты собрал. Что, черт возьми, это значит? Ты следил за нами после аварии?

По моему лицу текли слезы, когда Бен взял папку и на одеяло упала газетная вырезка. Я увидела зернистую фотографию искореженного мотоцикла.

– Нет, ничего подобного. Я жил неподалеку от Коттерхэма.

Очередная ложь, с горечью подумала я. Он притворялся, что вообще не знает тех мест, когда ясно, что должен был знать. Как можно было доверять любым его словам – не только о его прошлом, но и о нас двоих?

– У меня были знакомые, которые учились в твоей школе. После аварии они сообщали мне, как у тебя дела.

– Замечательно, – с ожесточением проговорила я. – Не передать, как это успокаивает после того, что я узнала, что ты шпионил за мной практически половину моей жизни.

– Я чувствовал себя ответственным, – объяснил Бен.

– Потому что так, черт возьми, и есть, – отпрянула я, словно от удара. – Не знаю, чем, по твоему мнению, могло помочь это, – сказала я, с подлинным отвращением касаясь папки. – Но частный детектив выходит за рамки простой заботы – от этого мороз по коже.

– Уехав из тех мест, я хотел знать, как живешь ты и твоя семья.

– Не очень хорошо. Но, полагаю, ты это уже знаешь, на двадцать четвертой странице отчета твоего детектива говорится о том, что я посещала психолога.

Бен откинулся на подушки, его лицо побледнело, и на мгновение я запаниковала, что зашла слишком далеко. Мне хотелось выбежать из палаты и никогда больше не видеть Бена и в то же время мне по-прежнему хотелось обнять его и крепко к себе прижать. И то и другое могло меня погубить.

– Я никогда не прощу себе того, что случилось той ночью, – прерывисто заговорил Бен. Его глаза ярко блестели. – Я попал в компанию парней, с которыми вообще не должен был связываться. Они были старше меня. В ту ночь мы ехали с вечеринки. Мы все валяли дурака, полные идиоты. А потом…

– Я не хочу этого слышать. Я не могу этого слышать. Мне нужно отсюда уйти.

Я вскочила с постели, как будто она вдруг заполнилась змеями. Развернулась, чтобы идти, но меня остановил голос Бена.

– Ты вернешься?

Я медленно повернулась к нему.

– Понятия не имею. В том состоянии, в каком я сейчас, это кажется маловероятным.