– Как вообще так получилось, что девчонки тебе помогли? Я правильно поняла, что все это было задумано специально?

– Да, ты права. Я позвонил Зойке. Ну и гадина твоя эта подруга. Такими словами меня покрывала, мне стало стыдно, признаюсь.

– Да, меня в обиду она не даст, – отпиваю еще глоток. Тепло разносится по венам, на языке теперь терпкость вина со слабой горчинкой.

Глеб садится напротив. На лице ни тени улыбки. Он очень серьезен. Но еще читаю легкую тревогу.

– Я подумал, что обычное кафе, даже ресторан, это уже не про тебя. Встреча в парке? Ничего хуже не видел. Что еще…вывезти тебя куда-то? Ты сейчас уже не согласишься. А это, – он обводит взглядом зал и сцену, – я придумал случайно. А подружки твои помогли все организовать.

– Даже не знаю теперь, убивать их или благодарить.

Глеб только ухмыльнулся. Он сделал два крупных глотка и посмотрел на меня. От этого взгляды все внутри заледенело. Но мне не плохо, нет. Это не про ужас, который сковывает. Он о важном разговоре, который нам сейчас предстоит.

– Мила, – Глеб не выдерживает и встает со стула, подходит к краю сцены. Это эпизод для важного монолога главного героя, – в ту аварию, четыре года назад, я потерял не только друга. Я потерял возможность и умение быть на трассе. – Каждое его слово важное и нужное. Он думал над своим текстом долго. Это чувствуется, – я ощущал себя таким жалким и никчемным. Находиться рядом с тобой, которая преодолела практически невозможное, было сложно. Я хотел пересилить себя, перешагнуть, сесть за этот чертов руль и просто ехать вперед, по трассе. Моим желанием было вернуть гонки в свою жизнь.

– Я это поняла, Глеб. И никогда не считала, что это выглядит жалким.

– Но это считал я. Мне было этого достаточно. В тот вечер, когда я приехал к тебе, – он запинается, поворачивает голову в мою сторону и смотрит, долго, – я не скажу, что смог, но понял одну вещь, которая послужила толчком.

– Я рада. Правда рада, Глеб. Но что ты хочешь сейчас от меня? – его шаги отдаются в пространстве. Пауза, которая расставляет акценты. Очень красиво и значимо. Чувственно и эмоционально.

– Что я хочу… Мне хотелось защищаться, Мила. Защищать себя и свои чувства, что где-то там еще жили на дне моей души. Совсем забытые и никому не нужные. Я уже достал оружие. Наша первая встреча, начало нашей игры – все поле боя. Разрабатывал стратегию, думал над планом и готовился к обороне. А потом…. моя оборона пала. Одно лишь объятие. И теперь точно падаешь в бездну.

Шумно сглатываю. Дышу часто и рвано. Дико колет сердце, хочется потереть это место.