Потираю переносицу, задирая голову к потолку. Уже голова начинает болеть! А это всего лишь третий урок. Господи, ну почему не английский? Я еще со школы знаю его на твердую «пять»!

Бросаю взгляд на спящего Титова и, стиснув зубы, в пару кликов перематываю видео на начало. Я справлюсь! Обязательно! Запускаю урок по новой, с самого начала…

— Guten Morgen. Mein Name ist Julia. Wie geht es dir…

Уже почти неделя прошла, как я провожу все свое время в больничной палате бок о бок с Богданом. Медленно, но верно он идет на поправку. Синяки потихоньку сходят, ребра заживают, рука тоже чувствует себя чуточку лучше. С головой вот проблемка. Частенько болит и кружится. Но врач говорит, что после его травмы это нормально. Покой, покой и еще раз покой — универсальное лекарство от всех травм Титова.

Ирина Григорьевна после нашего с ней разговора в столовой держится от меня особняком. Все еще морщит нос в мой адрес, но на «взрослые разговоры» больше не вызывает. Это победа. Раз в день навещает сына в больнице, задерживаясь на час-другой и никогда дольше. Насколько я знаю, женщина купила билет на самолет. Возвращается в Краснодар в понедельник. Через два дня. Не могу не сказать, что от этой новости мне вздохнулось чуть легче…

Расследование дела Богдана вышло на финишную прямую. На днях к нему снова заглядывал следователь. Ну, тот самый, с которым я неделю назад столкнулась в коридоре. Сообщил, что троих отморозков уже поймали. Допросили. Те, в свою очередь, сдали других двоих своих подельников. Еще день-два, и есть шанс узнать имя заказчика. Одно известно точно: нападение каким-то образом связано с конкурентами Дана. А еще здесь замешан тот, кто слишком хорошо Титова знает: от его расписания до привычек. Вот тут круг значительно сужается.

От Илоны, кстати, больше ни слова. После того, как я поведала Титову историю с отчислением из Академии, он пришел в ярость. В какой-то момент мне показалось, что сейчас Дан подскочит с кровати и полетит из больницы прямым рейсом до Питера, восстанавливать справедливость и разбираться с бывшей. Благо, мне удалось его усмирить. Хотя Титов до сих пор не верит, что я мысленно уже отпустила Академию и распрощалась с ней. Но это так. У меня начинается новая страница в жизни. Чистая, белая, более зрелая и счастливая. Рядом с любимым человеком. А свет клином на Питере не сошелся! Алла Демьяновна сама сказала — я талант. А такой «талант» с руками и ногами оторвут в любом ВУЗе. Даже и в Берлине. А почему нет? В общем, время покажет. Пока же…

Ох, уж этот «geht» непроизносимый!