Но затем послышался опасный лязг стали – из ножен выхватили меч. Это была уже не учебная схватка под строгим взглядом Уорика, а вспышка необузданного гнева в пылу неразрешенного спора. В мгновение ока от обмена оскорблениями ссора перешла к опасной конфронтации; в неумелых руках заблестели клинки. Двое парней уже кружили друг возле друга с мечами наголо, а окружившие их приятели подзадоривали их свистом, насмешками и язвительными колкостями. Выпад, столкновение, крик боли… Умения у парней было маловато – оба были слишком возбуждены, но наскакивали друг на друга так неистово, будто действительно хотели уничтожить соперника.

– Да они же убьют друг друга по неосторожности! – возмущенно прорычал Оуэн и ринулся к дерущимся сквозь кольцо зрителей.

– Прекратить! – гаркнул он командным голосом.

Толпа мгновенно затихла, однако соперники были так увлечены боем, что даже не услышали его.

– Проклятые сопляки! – Эти слова Оуэна были адресованы зевакам. – Вы что, не могли остановить их? Они могли бы решать свой спор и в кулачном бою, но при этом никто бы серьезно не пострадал.

С этими словами он выхватил меч из ножен ближайшего к нему сквайра, у другого отобрал кинжал и решительно вошел в круг, поблескивая сталью клинков.

– Сложить оружие, – приказал Оуэн.

Один удар меча он отбил своим мечом, другой парировал кинжалом. Почувствовав, что воинственность парней не утихает, Оуэн бросил свой меч и схватил за запястье одного из забияк, в слепой ярости повернувшегося к нему. Вывихнутая рука, кулак в челюсть – и вот она, быстрая и позорная развязка. Все это время я с большим интересом следила за тем, как Оуэн справляется с непростой ситуацией. Я много раз наблюдала, как он командует слугами, но никогда еще не видела его в пылу ссоры, как теперь, в случае с этими молодыми людьми, у которых взыграла горячая кровь.

Запыхавшийся, с всклокоченными волосами, с разгоряченным – и, с моей точки зрения, потрясающе красивым – лицом, Оуэн стоял между парнями: один из них распростерся в пыли, другой продолжал сжимать свой меч, правда, уже не собираясь им воспользоваться. Обернувшись к остальным, уже начинавшим потихоньку отходить от места потасовки, Оуэн уверенным тоном приказал:

– Идите и займитесь каждый своим делом, если не хотите, чтобы об этом постыдном происшествии узнал управляющий или лорд Уорик. – Затем он обратился к спорщикам, одному из которых, подав руку, помог подняться с земли: – Вы позорите свои семьи. Как вы посмели обнажить оружие в присутствии королевы? – Оуэн жестом указал в мою сторону. – Немедленно поклонитесь ей!