— Я… ну, я бы показала ее, но… она принадлежит кому-то другому, — про себя договариваю вторую часть предложения. Как и мое сердце.

Я не понимала этого до этого момента. Я думала, что смогу расстаться с этой картиной. Но я не могу. Она принадлежит Аресу.

Независимо от того, нужна она ему или нет, пусть он решает, как поступить с ней.

Потому что он вернул ее мне. Это он вернул мне способность рисовать. Вдохновение, в котором я нуждалась. И я в долгу перед ним за это.

Господи, как мне его не хватает.

Я чувствую, как мое горло сжимается от слез. Господи, только не здесь. Возьми себя в руки, Ари.

Мойра поворачивается ко мне лицом и пристально смотрит на меня.

— Если бы я сказала тебе, что хочу видеть эту картину в своей галерее, что бы ты сказала?

Я сглатываю.

— Я бы сказала, что больше всего на свете хотела бы иметь свои картины в вашей галерее. Но я не могу отдать вам эту картину.

— Тогда почему ты принесла ее сегодня?

— Потому что… я думала, что могу.

Она задумчиво смотрит на меня.

— Ты любишь мужчину на этой картине.

Это не вопрос. Но, тем не менее, я отвечаю:

— Да.