— Мне он тоже нравится, — его голос тихий и скрипучий. — И, знаешь, я злюсь на себя за это… не знаю, Ясь, у нас с ним всё слишком сложно.

Демид смотрит на меня, грустно улыбается и, протянув руку, касается ладонью щеки. Гладит нежно, рассматривает моё лицо. Думает о чём-то, но я не могу его разгадать.

— Можно я сегодня у тебя останусь? — спрашивает, а в глазах тысяча вопросов. — Не хочу домой идти…

— Оставайся, — киваю и целую его ладонь. — Рядом с тобой я не одинокая.

И Демид остаётся. Принимает душ и бесконечно смущает меня, расхаживая в одном полотенце. Знает, какой эффект на меня его тело производит, в какие оттенки красного вгоняет моё лицо и будто бы специально издевается.

Мне хочется ему отомстить, и я, вспомнив дурацкую статью из журнала, надеваю рубашку Демида. Тоже провоцирую. Что, Лавров, думал я совсем дурочка? Знаешь ли, в интернете всему научиться можно, обо всём узнать. О том, как на мужчин действуют девушки в их одежде, тоже. И, сдаётся мне, не врут статьи — вон как Лавров загорелся весь.

— Блин, Яся… — он растерян, а в глазах голод.

— Один-один! — победно смеюсь и будто бы специально именно в этот момент рубашка задирается, оголяя моё бедро.

На это место ложится рука Демида, он не даёт мне оправить ткань. Гладит медленно и, наклонившись к уху, говорит хрипло:

— Кажется, мы хотели посмотреть фильм.

— Да? Совсем забыла.

У меня дрожат руки, когда на ноуте открываю приложение онлайн-кинотеатра. Буквы пляшут перед глазами, я не могу ни одного названия прочесть, когда ладонь Демида перемещается ещё чуточку выше.

Мы сидим на моей кровати, в коленях тихонько жужжит ноут. Демид плавно перемещается за спину, усаживает меня между своих бёдер, укладывает на грудь и сам тычет в первый попавшийся фильм.

— Расслабься, — издевается этот хам. Как я могу расслабиться, если его губы задевают мою шею, и от этого пальцы ног сами по себе подгибаются, я им не хозяйка! Как и всему своему телу, которое буквально плавится под его руками и своей жизнью живёт, со мной не советуясь.

Вот скажите, зачем мне мозги, если они не властны над телом?

Да что ж такое со мной рядом с ним происходит? Гормоны, что ли? Или не только они?

Демид гладит мои бёдра, поднимается вверх, касается кожи сквозь ткань, но это не преграда для его тепла, от которого сгораю. Мне в поясницу упирается что-то… что-то конкретное, сигнализирующее, что для Демида его касания не проходят даром. Он тяжелее дышит, температура в комнате взлетает до критической отметки, и с каждым мгновением мне всё сложнее сдерживаться. Ёрзаю, Димид сдавленно шипит, когда невольно задеваю его возбуждение.