* * *

— Ты была крутая! — Дашка порывисто хватает меня за руку, когда я возвращаюсь на место с защищённым проектом в руках.

Сегодня я — героиня. От гордости распирает грудь, краснею, но на этот раз от удовольствия. Я заслужила уважение преподавателя, который заявил, что горд пожать руку настолько способной студентке. Всем другим он просто улыбался, остальных всего лишь хвалил, но мне пожал руку! Это много значит.

Только жалко, что Демида нет рядом. Он всё ещё на сборах, и мне это кажется несправедливым. Кураторы других ребят сидят в аудитории, принимают свою порцию поздравлений, но Лаврова нет. Но это ведь его заслуга тоже!

Как нет и Никиты, потому Ивашкина отдувается в одиночестве, впрочем, сам Никита не сильно ей помогал. Она сама всё сделала, своими силами, и за это ей нужно вручить медаль и назначить пенсию до скончания дней.

А вот Обухов, кажется, искренне болел за Дашку. Переживал, подскакивал в моменты, когда его подопечная терялась и под грозным взглядом преподавателя забывала тезисы и пропускала выводы. Всё-таки Илья — хороший. Жаль, что Дашка всё ещё сопротивляется и упорно доказывает, что Обухов ей ни капельки не нравится. Дурочка. Всем же видно, как горят её глаза, когда украдкой на него смотрит. Всем, кроме неё.

Я лишь однажды подняла этот вопрос, попыталась поговорить с подругой, прощупать почву, но Дашка так сильно упиралась и даже ругалась, что я оставила попытки побыть Купидоном и открывателем глаз. Сами разберутся, не маленькие.

— Это всё благодаря Демиду, — смущённо откашливаюсь, разглаживаю папку с докладом, будто на пластике возможны складки. — Ну и мне немножечко.

Дашка смеётся, к нам подсаживается Ивашкина и так, втроём, в весёлой компании дурочек слушает наших одногруппников, болеем за всех и каждого. Время течёт незаметно, вскоре последний проект защищён и получил свою оценку, и нас наконец отпускают с миром. Свобода!

В коридорах оживление, которое «пахнет» чем-то неприятным. Какая-то неправильная суета, от нее мурашки по спине ползут.

Я ловлю на себе странные взгляды. Насмешливые, издевательские, оценивающие. Они кругом, все летят ко мне, задерживаются подолгу, в них сквозит пошлость. Да что такое? С ума я, что ли, сошла?! Откуда такие фантазии? С чего такое внимание?

А ещё шепотки в спину, будто бы сплетни. Меня обсуждают, и это замечает даже Даша. Она утаскивает меня прочь, бормоча что-то по дороге, но на меня давят взгляды и усмешки.

Что, блин, происходит? Что такого случилось, что я стала гвоздём программы? Ничего не понимаю.

— О, наша порнозвезда, — скалится парень из соседнего потока, ощупывая меня масляным взглядом.