Протягиваю руку к тумбочке в предвкушении. Уже вижу имя звонящего.

Это Ваня.

– Привет, с наступившим, – говорю первая, подтягивая край одеяла к груди.

– В окно выгляни, – Токман обходится без приветствия и поздравлений.

Всовываю ноги в тапки и практически подкрадываюсь к занавеске, чуть отдергивая ее в сторону.

Становится невыносимо жарко, на мгновение я опускаю руку, в которой сжимаю телефон, но, опомнившись, снова прикладываю его к уху.

– Ты прилетел…

Мне кажется, сейчас из моих уст это звучит как вопрос.

– На пару дней. Давай, Азарина, выходи гулять.

68

68

Иван

Татка спускается быстро. Минут через пять уже стоит во дворе напротив меня. Обнимает руками свои плечи. Такая она красивая. Темные волосы лежат легкой волной. На губах нет помады, и это словно призыв к действию. Поцеловать. Заклеймить.

Уголки ее пухлых губ вздрагивают, а в глазах встают слезы.

– Еще заплачь, – притягиваю ее к себе. Ладони сами скользят под белоснежную шубу, располагаясь на тонкой талии.

Хочется выправить ее водолазку из джинсов с высокой посадкой, но я стараюсь сдерживаться. Это стоит больших усилий. Потому что снова переклинило. Снова затянуло в омут ее невероятных глаз.

– И ты ничего не сказал, – шепчет, чуть запрокидывая голову.

– Все решилось в последний момент, – пожимаю плечами. – Не думал, что уже смогу купить билет.