— Подайте иск против миссис Бэйли, и вам вернут ваши деньги. Но Самсон должен быть немедленно освобожден.

— Как же мне осточертел этот ниггер! — злобно пробормотал Джеймс. — Самсон то, Самсон это… Почему я постоянно слышу это проклятое имя?

— Ну так отпустите его, и он больше не будет вам досаждать.

Джеймс налил себе еще виски и принялся его цедить, лихорадочно зыркая по сторонам. В гостиной повисло молчание. Элизабет суматошно теребила манжеты, не решаясь поднять на мужа глаза.

— Нет! — наконец сказал Джеймс. — Я не собираюсь никого отпускать.

— Что? — нахмурился Алекс. — Но почему?

— Я заплатил за этого раба, мистер Паркер, и он мой. — Джеймс грохнул стакан о каминную полку с такой силой, что едва его не разбил. — Разговор окончен, и боюсь, я вынужден просить вас покинуть мой дом.

Стоя лицом к лицу, Джеймс и Алекс вперили друг в друга тяжелые взгляды. Повисла зловещая тишина, лишь равнодушное тиканье часов назойливо отдавалось в ушах. Элизабет и Мэйбл, затаив дыхание, наблюдали за безмолвной дуэлью.

Наконец, Алекс отвел глаза.

— Я этого так не оставлю, мистер Фаулер, — досадливо бросил он. — Я вернусь с судебными исполнителями. Всего вам доброго.

— Прощайте.

Алекс и Мэйбл покинули гостную. Элизабет — растерянная, оглушенная — тоже поднялась с кресла, но ее тотчас настиг грозный рык:

— А ты куда собралась? Сядь!

Ноги подкосились, и она вцепилась в спинку кресла, чтобы не упасть. Муж неторопливо приблизился к ней и, схватив за волосы, вынудил поднять голову.

— Это твоих рук дело? — буравя ее пристальным взглядом, спросил он.

— Что?

— Какого черта этот любитель черномазых является сюда и плетет всякую чушь? Что ему за дело до этого проклятого ниггера? Откуда он вообще знает, что его хозяином был тот слюнтяй?

Элизабет лихорадочно соображала. Они с Паркерами как-то действительно говорили о Чарльзе Бэйли. А еще о нем вроде бы упоминала Рэйчел — негритянка с ребенком, которой они помогали бежать.

Но Джеймсу знать об этом, разумеется, нельзя, и Элизабет лишь хлопала глазами, придумывая, как бы половчее соврать.

— Уверяю, я здесь ни при чем, — наконец выдавила она.