Услышав это, сестра Стивена почувствовала невероятный прилив сил. Возможно, что-то хорошее все-таки восстанет из пепла смерти Николаса. То, что Кимми познакомилась с Николасом и его девушкой за несколько недель до безвременной кончины парня, а также письмо, которое старший брат написал Дастину, вдохновило Анну и сыграло важную роль в принятом ею решении. Она верила, что любовь – сила более великая, чем все остальное, и у каждого, кто попадал под ее чары, не оставалось иного выбора, кроме как подчиняться прихотливым и волшебным капризам.

У Анны тоже был свой эгоистичный интерес, когда она переживала за Кимми и Дастина. Если она когда-нибудь начнет официального встречаться с Вронским, это будет не столь неловко, потому что внимание остальных сосредоточится на другой юной парочке. Когда Анна закрыла чемодан, она почувствовала в груди искру надежды. Возможно, в конце концов все сложится хорошо для каждого.

XXI

Вронский попросил Беатрис передать Анне, что он полетит на «Коачеллу», но тут же примчится к ней обратно по первому зову. Девушка закатила глаза и сказала кузену, что связывается с ними в последний раз. За всю свою жизнь она никогда не уставала от драм, но это становилось немного глупым. Грязный роман парня и Анны К. и последовавшая разлука выводили из себя не только его, но и Беатрис, что, откровенно говоря, было просто неприемлемо.

Беа приехала в аэропорт пораньше, желая убедиться, что самолет полностью укомплектован едой и напитками, которые она заказала специально для друзей. Она любила Калифорнию и хотела, чтобы у всех было хорошее настроение во время их четырехдневного путешествия в дебри голливудской элиты. Беатрис уже наскучили будни Восточного побережья, и ей не терпелось вырвать у жителей Западного побережья непристойные сплетни Ла-Ла Ленда.

Когда прибыли Вронский и Клодин, Беатрис находилась в прекрасном настроении и была счастлива тем, что угрюмый кузен выглядит лучше, чем в прошлый раз. Но она была гораздо более взволнована знакомством с его спутницей. Когда Вронский представил Клодин свою кузину, Беа поняла, что они познакомились еще в детстве, вспомнив их совместную поездку из Вены в Париж на Восточном экспрессе вместе с родителями.

Клодин оказалась на два года младше ее и в тот момент переживала не очень веселую фазу пробуждения, которая лишь подчеркивала цветущую красоту Беатрис (чем сразу вызвала симпатию у Беа).

Теперь, много лет спустя, Клодин вошла в салон самолета совершенно другим человеком. Исчезли все признаки подростковой неуклюжести, появились округлости, которые заставляли ее выглядеть старше Беатрис. Клодин демонстрировала свои обширные достоинства так, как умеют лишь парижанки, с чувственностью столь же элегантной, сколь и соблазнительной.