— Папарацци, — говорит Элоди, притворяясь, что ее тошнит.

Элоди и Рэн идут впереди нас, толкая друг друга и смеясь, ненадолго останавливаясь, чтобы поцеловаться, а затем убегают вниз по улице, лавируя между другими людьми, направляясь на север вдоль окраины Центрального парка. Таким образом, мы с Паксом идем вроде как вместе, одни. Он на полшага впереди меня, его руки глубоко засунуты в карманы, бейсболка низко натянута, прикрывая затылок, скрывая татуировки. Парень не произносит ни слова. Его губы сжаты так плотно, что даже побелели.

На каждый его шаг я делаю по три, пытаясь удержать равновесие на нелепых каблуках, которые одолжила мне Элоди. Я ныряю за строительные леса перед зданием, которое выглядит так, будто вот-вот рухнет в любую секунду, и чуть не падаю. В одну секунду я думаю, что у меня получилось удержать себя от падения. В следующий момент у меня подворачивается нога и падаю боком с края тротуара.

— Чееерт!

Похожая на тиски хватка сжимается вокруг моего плеча, хватая меня прежде, чем я успеваю упасть.

— Господи Иисусе, блядь, — бормочет Пакс. — Ты закончила, Бэмби?

Он тянет меня вверх, не нежно, но и не особенно грубо. Я смотрю на него, стараясь не дрожать от тепла его руки, обжигающего рукав кожаной куртки, которую Элоди также одолжила мне. Его челюсть сжата, на щеке играет мускул. Ноздри раздуты. Парень фыркает, как испуганная дикая лошадь, готовая в любую секунду сорваться с места. Когда наши глаза встречаются, его серебристо-стальные радужки мерцают.

Я жду, когда он отпустит меня. Только он этого не делает. Пакс бросает быстрый взгляд на дорогу, выискивая Рэна и Элоди, затем поворачивается ко мне, притягивая меня ближе к себе.

— К чему все это, Чейз? У меня нет ни времени, ни сил на это дерьмо.

Мою грудь сдавливает, легкие сжимаются, умоляя о воздухе, который не поступает.

— Что ты имеешь в виду? Я не…

— Ты проделала весь этот путь до города? Чтобы проверить меня? Потому что ты беспокоишься обо мне?

— Да!

— Но тебе было абсолютно наплевать на меня в своей спальне пару недель назад, — говорит он, в его голосе звучат жесткие нотки.

— Что? Нет.

— Ты довольно ясно дала понять, что я для тебя просто трах, и тебе больше ничего от меня не нужно. Так зачем теперь гнаться за мной до самого Нью-Йорка, а?

— Я не… — Я качаю головой. — Я никогда этого не говорила, Пакс. Просто была очень сбита с толку. Ты вел себя совсем по-другому. Я не могла понять тебя. А потом ты сказал, что устал, и я для тебя путь наименьшего сопротивления, и да! Ладно! — Я раздраженно вскидываю руки. — Это заставило меня почувствовать себя дерьмово. Так что, я была немного раздражена…