Я закрываю глаза и втягиваю носом воздух. Горячие слезы смешиваются с холодным мороженым на моих коленях.

По розовым щекам Мэнди тоже катятся слезы.

– Но что я могу принять, так это тот факт, что нам не суждено было оставаться вместе, и что сделано, то сделано, независимо от того, как и почему. Дин заслуживает быть счастливым, и если его счастье рядом с тобой, то я не встану у тебя на пути. Но и на твоей стороне я стоять не могу… Не сейчас. Пока нет. Не раньше, чем полностью затянутся раны на моем сердце. – Она запрокидывает голову, глядя на облачное небо, одной рукой придерживая свой рожок, а другой сжимая качели. – Может быть, когда-нибудь.

Может быть, когда-нибудь.

Я тереблю липкими пальцами кулон в виде сердца на шее и тяжело сглатываю, позволяя ее словам проникнуть в разум. «Может быть, когда-нибудь» звучит очень похоже на надежду, а надежда – это все, что мне сейчас остается.

Сейчас семь вечера, и я, свернувшись калачиком на диване с Пенни на коленях, смотрю HGTV, а Джуд лежит клубочком рядом со мной. Кажется, я невольно жду, что объявится Дин и тянусь проверить телефон, как вдруг на нем высвечивается сообщение.

Дин: Мы можем поговорить?

Последние несколько недель мы виделись каждую пятницу вечером. Только разговоров было не так уж много.

Я: Конечно. Я думала о том же самом. Могу я тебе позвонить?

Дин: Я бы предпочел поговорить лично.