За окном сменяются декорации. Появляются сначала городские виды, а следом и очертания вокзала. Поезд медленно замедляет ход, пока по громкоговорителю объявляют остановку. Составы только-только начинают тормозить, а большая часть пассажиров уже ломится в тамбур, создавая давку. Вот и нахрена? Боитесь, что дверями прихлопнет?

Я тоже тороплюсь, но всё же дожидаюсь, когда основной поток схлынет и только тогда, попрощавшись с ребятами, спрыгиваю на перрон.

Так, где там выход в город?

– Эй, Сорока в камуфляже! Ходь сюды! ― слышу окрик и не верю своим глазам. Нора, Мия и… Скворечник. Стоят аккурат под номерным табло.

Мия первой срывается ко мне, едва не налетев на проезжающий мимо чемодан, и с визгом виснет на шее, заставляя выронить сумку.

Вот же вымахала! Я, конечно, видел фотки и короткие видео, так как малявка стала частым гостем в отеле Алискиных предков, резвясь там на славу, но они не передают и одной трети.

– Кому-то пора заканчивать со шведскими столами. Если и дальше будешь отъедаться, ни один жених не поднимет.

– Не поднимет ― значит, мелкий и хилый. А нам таких не надо, сам говорил, ― отбирая у меня форменную кепку и нахлобучивая на себя, фыркает та, гордо вздёрнув носопырку. Которую только и видно теперь. Размерчик-то малость великоват.

Ёпт. И не поспоришь.

Удерживая на себе цепкую обезьянку, вперевалочку погребаю к остальным.

– Вы что тут делаете? ― всё ещё охреневаю, когда наступает черёд приветствий с тёткой. До чего же эмоциональная дама ― опять рыдает, крепко стискивая меня в самых настоящих материнских объятиях.

– Как что? Тебя встречаем.

– Я не говорил, во сколько приеду.

– Конспиратор из тебя хреновый, а ещё разведчик, ― хихикает Карина, безжалостно стискивая Бегемота, по ходу, смирившегося с участью плюшевой игрушки. ― Совет на будущее: ты когда сюрприз хочешь сделать, не пали контору. На заднем фоне во время разговора отлично было слышно, когда посадка и во сколько отправление. Остальное уже несложно вычислить… ― освобождаюсь от бабской нежности, но Скворечник уже на очереди. Вопросительно вскидывает ладонь, как бы спрашивая: "а меня?"

Ай, я настолько рад вернуться, что и её обниму. Правда толстопуз не особо этому рад. Его царские габариты и без того сдавливает шлейка напополам с дьявольскими женскими силками, так ещё и я сверху наложился.

– Не шикай на меня, кусок сала, ― грозно чиркаю ногтем по мокрому носу, но вовремя спасаюсь от зубов. ― Неужто не признал?

– Да как тебя узнать? Возмужал-то, возмущал, ― теребят мне щеку с такой бессмертной смелостью, что впадаю в ступор. Скворечник, кажется, окончательно берега попутала. ― Тебе идёт стрижечка. И форма.