И сейчас не стоило, потому что слёзы опять текут ручьём, оставляя кляксы на его свитере. И Витя это прекрасно чувствует.

– Эй, ну хорош. Чего нюни распустила? Прям в последний путь провожаешь. Хотя согласен, кое-что особенно обидно, ― горячие пальцы мягко соскальзывают со спины и красноречиво ныряют под юбку сарафана, с хозяйской деловитостью сжав моё бедро. ― Мы не всё ещё с тобой попробовали из того, что я запланировал. Но ничего, у нас ещё есть немного времени. Как думаешь, успеем наверстать?

Улыбаюсь в пустоту, хлюпая носом и стискивая его ещё крепче. Настолько, насколько могу. Настолько, насколько хватает сил.

– Успеем. Ночи длинные. Если не спать. Так что планы на то, где "перекантоваться", тебе придётся пересмотреть.

– Хм. Мне определённо нравится ход твоих мыслей, ― как же приятно. Просто сидеть и обниматься. Дышать в унисон. Чувствовать в унисон. Растворяться в ком-то. ― Малая…

– Ммм?

– Запомни: ты моя Саламандра. Только моя.

Уму не постижимо, но впервые дурацкое прозвище вызывает у меня не отторжение, а восторженный трепет.

– Твоя.

Только его. А он ― мой. Теперь уж точно.

Эпилог

Эпилог

POV СОРОКА

За окном проплывают смазанные очертания бесконечных российских лесов и полузаброшенные деревни. Иногда выскакивают пожухлые луга, с пасущимися на них коровами и козами. Ещё реже ― станции, часто находящиеся в такой глухомани, что непонятно, как и оттуда появляются новые попутчики, деловито загружающиеся на поезд с тюками наперевес.

Чем дальше уезжаем от севера на юг, тем сочнее становятся краски. Будто кто-то прибавляет контрастности в настройках. В Новосибирске всё уже жёлтое, а деревья торчат из земли голыми палками, зато на подъезде к Краснодару кругом зелено.

За трое суток какую погоду только не застаём: и дождь с пасмурностью последних дней октября, и ветер, тушащий торопливо выкуренную на короткой остановке сигарету, и пробивающееся сквозь тучи слепящее солнце. А теперь мы снова в вагоне, слушаем умиротворённое "тыгыдык-тыгыдык" по рельсам и провожаем взглядом машущие нам вслед оборванными листовками столбы электропередач.

Несмотря на постоянный конвейер выходящих-входящих, плацкарт забит битком. Поезда новые, так что, к счастью, кондеи пашут исправно, иначе бы мы тут все давно задохнулись от переизбытка ароматов. И не всегда гастрономических. Ещё бы звук кто приглушил, но чего нет, то нет. Всем охота потрещать с соседями, а кому-то и музыку послушать. Без наушников.