Алиса восхитительно покладистая и способная ученица, охотно идущая на эксперименты, однако один предел мы так и не осилили до моего отъезда. То ли робость, то ли женская гордость не позволила, но я в любом случае не настаивал. За это, видимо, и получил награду после присяги, когда мы смогли ненадолго уединиться.

Отвечаю: тот минет стал моей любимой фантазией на все последующие месяцы. Возбуждающая картинка стоящего передо мной на коленях ангела: такого невинного, безбожно сексуального и крышесносно развратного… Просто отвал башки. Лишь мельком цепляю в памяти это видение, а в штанах уже жмёт.

Ааа! Томительное ожидание хуже пытки. Но ничего, терпим. Ещё немного я, наконец, дорвусь до своей леди. И не в эротических снах, а по-настоящему. Так что Муха верно подметил: надеюсь, она выживет после моего татарского нашествия. Потому шашка не то, что дымит ― она полыхает, никакое самоудовлетворение не спасает.

Чтобы отвлечься от пошлых мыслей, лезу в ватсап. "Скоро увидимся ♡", висит последним прочитанным сообщением от Алисы, а выше… Монолог из размашистых текстов.

В истории переписки моего телефона сейчас хранится буквально каждый её шаг. Каждый её день. Где она была, что делала, как прошёл выпускной, как сдавались вступительные, куда они ездили с Мией и Скворечником. Фотки, войсы, подробные отчёты. Всё. Абсолютно всё.

Мы об этом не договаривались. Чижова лишь вскользь поинтересовалась: хочу ли я, чтобы она рассказывала, что происходит у неё. Разумеется, я хотел, но не рассчитывал получить в личное пользование в прямом смысле женский дневник. Который в редкие минуты, когда удавалось втихушку достать перед сном телефон, зачитывался до дыр.

Триста шестьдесят пять дней полного отчёта.

Без единого пропуска.

Первый месяц было забавно и непривычно. По истечении второго возникали сомнения: сколько ещё она вот так продержится? К концу четвёртого я уже конкретно охеревал, потому что у самого бы точно не хватило терпения ваять простыни, считай, что в пустоту. Ведь отвечать удавалось не всегда. У нас на "доске почёта" столько смартфонов гвоздями был прибито в назидание, что лишний раз не рисковали светиться.

Я сутками молчал, а послания приходили и приходили. Спокойные, без истерик и упрёков, зато полные нежности. И каждое "письмо" всегда заканчивалось одинаково: "люблю, жду ♡".

Всегда.

Короче, моему тормознутому мозгу потребовалось полгода где-то, чтобы осознать очевидное: если я на ком и женюсь когда-нибудь, то только на ней.

– Скоро увидимся, малая, ― эхом откликаюсь, бездумно листая переписку.