Она так близко, мне хочется ее всю зацеловать, но я лишь прохожусь взглядом по ее лицу и отступаю.

— Не надо их больше приносить, — снова просит она.

Розы стоят довольно далеко, в вазе у окна, но аромат долетает и до нас. Мне хочется задарить ее цветами.

— Я должен был сделать это гораздо раньше, — парирую я.

— Нет, не должен.

— Ладно, я выкину их, если тебе так хочется.

Разворачиваюсь, и иду к букету.

— Гордей, стой, — восклицает Арина.

Я разворачиваюсь, и снова подхожу к ней.

— Мне… нужно встать, — произносит тихо.

Осматривает себя, вздыхает.

— Где… мои вещи?

— В камере хранения. Зачем тебе нужно встать, в туалет?

По тому, как ярко краснеют щеки Бельчонка, понимаю, что да.

— Я помогу, — говорю я, но Арина отрицательно мотает головой.

— Нет. Я попросила тебя, чтобы ты ушел. Езжай домой, Гордей, пожалуйста.

— Поскачешь на одной ноге?

— Я… мне нужны костыли.

— Попрошу принести. А пока их нет, я помогу тебе, хорошо?

Она хмурится, а я снова чувствую себя последним мудаком, потому что, пока она спала, убрал больничные костыли, которые стояли прямо перед кроватью, подальше с ее глаз.