Когда Елизавета наконец попала в Элтем, то не удивилась тому, что Маргарет проявляет признаки ревности к новой сестре – Маргарет, которая никогда не имела ничего против Бет. Мария была почти так же красива, как Бет, и, естественно, стала центром внимания.

– Нос моей маленькой леди слегка свернут на сторону, – тихо проговорила леди Дарси, когда они с Елизаветой сидели и наблюдали, как дети возятся с игрушечным замком Гарри, – но это у нее пройдет, мадам.

А вот Гарри, напротив, очень полюбил новую сестренку. То и дело он подбегал к ее колыбели, чтобы посюсюкать с нею, проверить, все ли в порядке, и радовался безмерно, получая от взрослых одобрительные улыбки за свои старания. Какая отрада была видеть, что он так любит Марию. Елизавета вновь вспомнила дочку, которую больше никогда не прижмет к себе, помянула в мыслях и Артура, находившегося далеко от своего брата и сестер и лишенного счастливого товарищества, царившего между ними в детской. Давно уже она не видела своего старшего сына.

Очередного летнего объезда страны Елизавета побаивалась, ведь, как и в прошлом году, он потребует от нее немалого напряжения сил. Однако она приняла бравый вид и умилялась, видя, как люди сбегаются поглазеть на нее, некоторые приносили ей в подарок корзины с вишнями, грушами, яблоками, цветами и даже курами. Одно и то же повторялось всюду, где бы она ни появилась, и Елизавета удивлялась: чем заслужила такое доброе отношение к себе? Неужели ее благие дела, заступничество за попавших под суд и помощь другим людям стали так широко известны? Или подданным Генриха настолько полюбились ее набожность и плодовитость? А может, дело в том, что она – дочь своего отца и принадлежит к старому королевскому дому? Какие бы мотивы ни двигали людьми, Елизавете было неловко видеть эти проявления столь сильной любви к ней.

Очень медленно они продвигались на запад через Чертси, Гилдфорд, Фарнхэм, Порчестер и Саутгемптон. Остановились в аббатстве Больё и пересекли Солент, посетив остров Уайт, затем поехали дальше в Крайстчёрч, Пул и замок Корф. В августе по просьбе Елизаветы остановились в Хейтсбери и погостили у хозяйки поместья, леди Хангерфорд. Бывший тюремщик Елизаветы капитан Несфилд умер восемь лет назад, но дом был полон воспоминаний о матери, сестрах и тревожном времени, которое они провели здесь. Над всем этим тенью висела память о ее планах выйти замуж за Ричарда, о чем не стоило упоминать при Генрихе. Да, жизнь ее развернулась совсем в другом направлении, однако, оглядываясь назад, Елизавета все равно не видела для себя иного пути в то время. Она не могла удержаться от сравнения тех мрачных дней со своей теперешней устроенной жизнью.