– Нет. Я думаю, как и многое другое в астрологии, это предсказание тоже можно трактовать по-разному. Вдруг оно лишь подтверждает правильность того, что вы сделали с Уилфордом?

– Я просил Паррона сделать предсказание о будущем, – тихо ответил Генрих.

– Надеюсь, вы не станете предпринимать никаких действий на основании его слов? – Елизавета начинала опасаться, что он возьмется за дело.

– Мне нужно решить, что лучше для Англии и моей собственной безопасности. Я не смею ставить под угрозу союз с Испанией.

– Но Уорик в жизни не сделал ничего, чем можно было бы оправдать ваше решение покончить с ним!

– Я это знаю, Бесси. – Лицо Генриха посерело. – Но я никогда не решусь просто избавиться от него. Это не в моих правилах, я на собственном опыте убедился, как никто другой, что случается, когда наследник трона исчезает бесследно. Но пока Уорик жив, могут появиться и другие желающие назваться его именем и свергнуть меня с трона. Фердинанд и Изабелла это понимают.

– Но Уорик непричастен к заговорам! Он простак, невинная душа, в нем нет коварства, чтобы злоумышлять против вас.

Генрих немного помолчал.

– Оставьте это, Бесси. Я должен сам все обдумать.

– Вы не причините ему вреда? Он – мой кузен, и мне его очень жаль, жизнь у него и без того пропащая.

– Я не сделаю ему ничего плохого. Вы можете быть уверены, что я поступлю с ним так, как он того заслуживает.

Больше они это не обсуждали. Шли дни, недели, месяцы. Елизавета начала надеяться, что Генрих умиротворит Фердинанда и Изабеллу дипломатическими методами. Но хватит ли их, чтобы оградить от опасности бесценный союз с Испанией?

В середине ноября Елизавета навестила детей в Элтеме. Эдмунд уже ползал и стал для сестер любимым домашним питомцем. Гарри, который высокомерно заявил, что он уже слишком большой, чтобы возиться с малышами, хотел показать матери, как он научился управлять конем, и они вместе провели несколько счастливых часов на конюшне и в парке.

В Вестминстер Елизавета вернулась окрыленная, но там был Генрих, погрязший в унынии, он ждал ее в кабинете. Елизавету вызвали туда, как только она сошла с барки, у нее даже не хватило времени снять накидку и перчатки.

– Что случилось, ради бога?! – воскликнула она, сделав самый короткий из всех возможных реверансов.

Генрих быстро встал и поцеловал ее в щеку:

– Боюсь, у меня плохие вести, Бесси.

– Артур? – Ее мысли сразу перенеслись в Ладлоу.

– Нет. Уорик.