Пока эти мысли кружились в голове Елизаветы, появился Генрих, отпустил ее дам и сел рядом с постелью жены:

– Как вы себя чувствуете сегодня, cariad?

– Кажется, немного лучше. Надеюсь на это. Я не могу все время лежать здесь.

– Не переутомляйтесь, – предостерег ее Генрих. – Вы должны заботиться о себе. Особенно если… – Он с надеждой взглянул на нее.

О Небо! Король думал, что она страдает от неприятных симптомов ранней стадии беременности. Верная своему слову, Елизавета принимала Генриха в своей постели с распростертыми объятиями, нуждаясь в утешении, которое дарила ей близость с ним, а также предлагая себя в качестве сосуда, где взрастет еще один наследник, который укрепит трон. Но пока еще не было никаких признаков, что она зачала ребенка.

– Это еще одна причина, почему я хочу скорее поправиться. – Елизавета улыбнулась и сжала руку мужа.

– Мы не должны торопить события, – ответил Генрих. – Я способен сдерживать свое нетерпение!

Глаза их встретились. Между ними зародились новая нежность и взаимопонимание. Смерть Артура сблизила их, объединила в общем горе, они стали мягче и добрее относиться друг к другу.

– У меня есть хорошие новости, – сменил тему Генрих. – Только что ко мне приходил доктор де Пуэбла. Фердинанд и Изабелла поручили ему сохранять наш альянс. Они требуют немедленно вернуть Кэтрин и ее приданое, но сказали Пуэбле, чтобы тот обеспечил помолвку принцессы с Гарри. А главное, они желают знать, не ждет ли она ребенка. Если ждет, союз их дочери с нашим вторым сыном будет противоречить каноническому праву как кровосмесительный. Это очень деликатный вопрос, но мы должны выяснить правду. Доктор де Пуэбла задает вопросы.

– Вы будете держать меня в курсе событий?

– Конечно.

Через неделю Елизавета с радостью пригласила Генриха разделить с нею ложе, так как чувствовала себя полной сил после отдыха.

– Из Кройдона поступают противоречивые сведения, – сказал король, когда они, обнявшись, лежали в постели, утомленные после любовных трудов; легкий ветерок из открытого окна игриво обдувал их тела.

– Противоречивые?

– Да. Духовник принцессы сказал доктору де Пуэбле, что брак был заключен окончательно, но ее дуэнья решительно утверждает, что нет и Кэтрин осталась девственницей. Однако мои законники говорят, что дело не в скреплении брака супружеской близостью. Главное – беременна она или нет, а теперь совершенно ясно, что нет.

Трагично, что Артур не оставил никого после себя в этом мире, но Елизавета не питала особых надежд на это.

– Значит, нет никаких препятствий для ее помолвки с Гарри?